Шрифт:
– Это ты что же - на недостижимую высоту поднялась?
– У меня обучение по спецпрограмме, – пожимает Надя плечами. – Дайте уже переодеться.
– А чего это ты - особенная что ли? – с подозрением продолжает интересоваться мама. Потянул её за плечи, оттаскивая от супруги.
– Вот именно. Особенная и самая лучшая.
– Ты же - вроде - больная.
– В одном потеряла, в другом - приобрела, – выглядывает Надя из двери, куда успела просочиться мимо атакующей мамы. Нырнул в комнату следом за ней, закрыл дверь. Уселся на диван. Надя расстёгивает ремень, стаскивает через голову гимнастёрку. Сбрасывает галифе. И остаётся в простом белье, но даже в нём она выглядит уж очень привлекательно. Не удержался, вскочил с дивана и обнял её сзади.
– Я по тебе соскучился.
– Я по тебе тоже, – шепчет она. – Дай - хоть майку накину. А то вдруг заглянут.
Замечание резонное, поэтому развёл руки, отпуская чуть прохладную талию. Поглядел, как женушка заканчивает переодеваться. Наконец - она с улыбкой усаживается рядом на диван.
– Я о тебе думала, – шепчет она.
– А что ещё делала?
– Воевала понарошку. С парашютом прыгала.
– Тоже понарошку?
– Нет, это по настоящему. У меня теперь четыре прыжка. Сказали - ещё в этом месяце будет.
– Снова пропадёшь на несколько дней?
– Ты сердишься?
– Немножко. Ну то есть - я понимаю, что ты и правда особенная, но...
Надя осторожно обнимает за шею и совсем тихо шепчет на ухо:
– Серёженька, ну я тоже не думала, что это всё будет так сложно. Но у меня почему-то всё получается. И чем больше у меня получается - тем больше от меня ждут. Я уже не знаю - хорошо это или плохо.
Поцеловал её в щеку и шепнул:
– Раз получается - значит хорошо. Значит - и у нас с тобой всё получится.
За спиной скрипнула дверь.
– Твоя мама заглянула, – шепчет Надя.
– Пусть видит, – ответил ей так же тихо.
* * *
– Всё шьёшь? – строго интересуется свекровь.
– Шью, – подтвердила очевидное, поправляя ткань.
– А на учения ещё поедешь?
– Да. Только пока не учения будут, а просто учёба.
– Загоняют они тебя... – недовольно бурчит тётя Валя. Обернулась на неё. Как обычно - губы поджаты, но смотрит уже будто с жалостью.
– Тёть Валь, ну я не жалуюсь. А на учениях даже интересно. Почти как игра. Я в детстве с мальчишками в войнушку иногда играла.
– То-то смотрю - у тебя и стрижка малость под пацанку. Отпускать не пробовала?
– Раньше длиннее отпускала, а теперь... – поймала пальцами кончики волос у щеки и посмотрела на них.
– А теперь не получается. Да с длинными и неудобно было бы.
– А чего серьги не носишь? Не любишь?
– Да как-то... Среди шпаны жила - там лучше не носить. А рукопашкой занялась - боялась, что зацепятся. Да с этой причёской их всё равно не видно.
– А я уж хотела тебе материны отдать... – хмыкает свекровь. Разглаживая ткань, смутилась:
– Ну... Может как-нибудь надену... Пусть лежат - чтобы я знала, где.
– Ладно. Надумаешь - спросишь. Так что у тебя со здоровьем-то? Вроде с виду...
– Тёть Валь, ну я потом расскажу. Просто... Ну есть мне нельзя и детей не могу иметь. Не хочу сейчас об этом...
– Ты хоть не из этих... Не после пластики?
– Что?! Не-не! Тёть Валь, да как Вы только...
– Да. Не похожа ты на них. Те - говорят - наоборот. Девок из себя старательно строят. Но интересы у тебя... Так что ты уж не обижайся, но...
– Да я понимаю. Как-то я правда - всё с железками, да с железками... Мы и с Серёжей на этом сошлись. Но у меня...
– Профдеформация? – выдаёт свекровь умное слово. Потратила пару секунд, чтобы уточнить значение - и кивнула.
– В полиции ведь надо всё уметь. Нам и первую помощь преподают, и водить надо всё.
– Не женская у тебя специальность. Чего понесло?
Пожала плечами.
– Ну вот так уж... Подруги уговорили. А я не знала - куда идти.
– Справедливость любишь?
– Может быть... Я ведь из-за одного придурка...
Замолчала на полуслове, но тётя Валя - похоже - всё поняла.
– Вот оно как... Попортили тебя - решила других от этого защищать?
Коротко кивнула.
– Ой... А чего-й то руки у тебя холодные? – удивилась свекровь. Подняла на неё глаза и встретилась взглядом.
– Это... Пластик.
– Мать чесна! Да что ж это?! – всплеснула руками свекровь. – Протез что-ли?
Прикрыла рукой глаза и кивнула.
– И Серёжка знал?