— Это не твоя вина. Это моя судьба, и так будет всегда, — она шмыгает носом и гладит меня по щеке, — Я оказалась не в том месте не в то время. Я должна была послушаться своих родителей… но я этого не сделала, и теперь я расплачиваюсь за свои грехи.

— Никогда не вини себя, Angel. Возможно, судьба была жестока к тебе, но я даю тебе слово, я буду защищать тебя, и мы сбежим из этого места.

Она откидывается назад с потрясенным видом, смешанным со смущением.

— Что? — хрипло спрашивает она.

Я киваю. Я больше не собираюсь ждать своего отца или его людей. Я не позволю этим монстрам пытать моего ангела. И если мне придется рисковать ради этого своей жизнью, значит, так тому и быть.

— Мы оба сбежим из этого места. Я устал ждать. Я обещаю вытащить тебя из этого ада и жить со мной.

Она молчит, словно смакуя мои слова.

Я знаю, это будет трудно, но, конечно, не невозможно. Но все, что мне нужно, это чтобы она доверяла мне. Верила в меня. После того, через что она прошла, я знаю, что ей будет трудно доверять мне, но я готов ждать ее.

— Поверь мне в этом, Angel. Мы будем свободны.

Она сглатывает; все ее тело все еще напряжено. Она открывает и закрывает рот, словно не решаясь заговорить.

— Ты серьезно относишься к этому? — спрашивает она, вцепляясь в мои руки.

Я киваю.

— Я имею в виду каждое слово. Прямо сейчас у меня нет плана, но просто дай мне немного времени, и я обещаю, что мы выберемся отсюда.

Ее глаза не отрывались от моих, пока в ней расцветала новая надежда, пока внезапное сомнение не сокрушило ее.

— Но… Зачем ты это делаешь? Зачем спасать меня, если ты можешь сначала спасти себя?

Я прерывисто вздохнул.

— Почему ты исцелила меня, когда могла оставить умирать, как ничтожество?

— Потому что я знаю твою боль. Я слышала твои крики, эхом отдающиеся в здании ночь за ночью. Сначала я закрывала уши, чтобы не слышать этого… но вскоре эта агония вошла прямо в мои сны. Мое сердце сжималось каждый раз, когда наступала ночь. — Она облизывает губы, и еще больше слез стекает по ее прекрасному лицу. — Однажды ночью я больше не могла этого выносить. В ту ночь я так боялась прийти к тебе, потому что знала, что они наверняка найдут меня, но все, что для меня имело значение, — это помочь тебе.

Качая головой, я издаю смешок.

— И вот ты думала о себе как о грешнице. Ты и близко к этому не подходишь. Ты мой Angel. Моя королева.

Я целую ее в щеку, наблюдая, как ее кожа уже краснеет.

— Я буду защищать тебя, несмотря ни на что, потому что с той первой ночи ты вернула то, что эти монстры испортили своими грехами. Мое сердце. Ты подарила мне мое сердце, мой свет в ответ на твою невинность и чистоту, и я всегда буду в долгу перед тобой за это.

Она берет мою правую руку и прикладывает ее к своему бьющемуся сердцу.

— Мое сердце тоже принадлежит тебе.

Я беру ее руку, прижимая к своему бьющемуся сердцу.

— И мое сердце всегда будет твоим, Angel.

Прежде чем я успеваю сказать что-либо еще, она наклоняется вперед и целует меня. В отличие от нашего последнего раза, это нежно. В этом нет тьмы. Это рай. Я обхватываю ее лицо ладонями и целую в ответ. Наши губы неуверенно соприкасаются, наши языки на мимолетный миг высовываются, чтобы соприкоснуться. Ее кончики пальцев расчесывают мои волосы, когда они скользят вниз и обвиваются вокруг моей шеи.

— Ты доверяешь мне? — Шепчу я ей в губы.

— Больше, чем себе.

— Ты любишь меня?

— Больше, чем ты меня. — Она улыбается, прежде чем продолжить целовать меня, когда внезапно в коридоре раздаются тяжелые шаги. Мы оба, нахмурившись, отступаем назад. Паника и страх разливаются по ее лицу по мере того, как звук становится все ближе и ближе.

— Спрячься под кроватью, — шепчет она, прежде чем приподнять край простыни. Я опускаюсь на колени и заползаю под кровать, когда открывается дверь.

Мой обзор закрыт простыней, но я отчетливо слышу приближающиеся шаги, пока они не останавливаются у кровати. Я прижимаю руку ко рту, чтобы не издать ни звука.

— Почему ты не спишь? — произносит пронзительный женский голос.

— Мне приснился кошмар, — мой ангел едва слышно шепчет свои слова.

— Тебе каждую ночь снятся кошмары, но это не значит, что ты будешь мешать спать другим, — шипит она.