Укс в очередной раз сплюнул бесконечный песок, поднялся и подошел к напарнице.

— Уймись. С научной точки зрения странно, это да. Согласен. Но раз кто-то профессором назвался, значит, непременно объяснит и обоснует. Придумаешь какую-нибудь теорию, за тобой не заржавеет. Это ты сейчас немного в шоке.

— Немного?! — Лоуд в ярости пнула песок босой четырехпалой и перепончатой ступней.

Потерпевшие кораблекрушение понаблюдали, как песчаное облачко тает и рассеивается в бездне за краем тверди.

— Может, теперь звездная туманность Лягушки образуется? — предположил Укс, наблюдая за мерцающими и растворяющимися песчинками.

— Сама постебаться люблю, — пробормотала Лоуд. — Но сейчас вообще не тянет.

— Уймись. Светлоледя поймет. Мы сделали всё, что могли. Они с корабля видели.

— Поймет. Но осадок-то останется. Учитывая обстоятельства. Да и вообще мне Дики-Дианка нравилась. Толковая девчонка выросла бы, — вздохнула зеленокожая Профессор.

— Согласен. Но Логос решил иначе. Ушла по-взрослому, как боец. Да и парни с ней пошли неплохие. Веселее в дороге будет.

Лоуд кивнула и пнула-скинула за край бездны вот-этого-самого еще песка. Желтые крупинки вновь изящно засверкали, истаивая…

Экипаж стоял на краю острова. Видимо, остров следовало именовать «летающим» или «парящим». Шмондец его знает, как это должно звучать с точки зрение академической науки. Кусок относительно круглой, хотя и не очень ровной, песчаной тверди висел посреди шокирующей пустоты. Диаметр островка — шагов 120–130, посредине сего округлого недоразумения еще одна линза — водное озерцо, в которое и бахнулся «Фьекл». В смысле и в озерцо бахнулся, и в песок — сейчас останки дирижабля занимали изрядную часть территории «вот-этого-самого».

— Редкий случай — я действительно затрудняюсь дать научное определение, — проворчала Лоуд. — Сплошная антинаучность и мракобесие. С чего бы нам не попасть в какое-то нормальное, приличное физико-географическое место? Что это за бред и как о нем делать доклад в Европейском географическо-геологическом Обществе? Между прочим, у меня назначено, коллеги ждут.

— У тебя иная тема доклада в программе значится. Про этот бред как-нибудь потом врать буудешь. После тщательного научного обоснования.

— Гм, можно и так. Но Светлоледя меня все-таки убьет.

— Верно, це всё Светлоледя виновата. Через нее всё, — влез в научную беседу кочегар.

На него оглянулись, и кочегар немедля заткнулся — в экипаже он был давно, риск схлопотать по бесхвостой жопе чуял мгновенно.

— Кстати. А ведь с Дики могло и иначе выйти, — Укс, обдумывая, обтер рот. — Если мы в «вот-это-самое» угодили, вместо того, чтобы нормально утонуть, то возможно, и лодка с гребцами и девчонкой вовсе не на дно пошла, как нам там казалось.

— Некоторая логика проглядывает, — ободрилась Лоуд. — Слушай, Уксик, а тебе полезно песок жрать — просыпаются новые и внезапные способности к научному анализу. Нужно будет не забыть пробы грунта взять, студентов буду подкармливать. Значит так, я сейчас заскочу к Светлоледи, поясню нюансы ситуации, а вы пока список запчастей и материалов набросайте, притащим, сразу начнем чиниться. Там мои гардемарины без присмотра остались, начудят, надо пошустрее вернуться, возобновить руководство. В общем, экстренно чинимся. Я быстро.

— Угу. Леди скажи, что это был ненормальный шквал, не получилось у меня.

— Передам.

Лоуд явно собиралась немедля Прыгнуть, но никуда не делась. Стояла и озиралась. С несколько шокированным видом.

— Ты что, оправдательную речь готовишь? — удивился Укс.

— Да какая к шмондам речь… Светлоледя догадливая, так не поймет, что ли. Я просто не могу Прыгнуть, — с превеликим изумлением призналась Профессор.

Она прищурила глаз и уже вполне очевидно сосредоточилась. Ничего не изменилось — как стояло зеленокожее пугало у борта гондолы, так и осталось стоять.

— А що такое… — с удивлением начал гребец.

— Пасть заткнул! — рявкнул Укс.

Профессор гавканье товарищей проигнорировала, постояла на месте, потом двинулась за опавший пузырь оболочки дирижабля — видимо, чтоб уж совсем ничто не отвлекало. Оттуда донеслось краткое ругательство, снова наступила тишина, полная предпрыжкового напряжения…

Нет, не получалось. Укс попробовал сам.

…Логос свидетель: непосредственно сам момент Прыжка особой сложности не представляет, там проблемы последствий весьма велики и непредсказуемы, что верно, то верно. Вообще-то Укс не очень любил Прыгать. Умел, но не любил, поскольку не видел особой необходимости. С философской точки зрения перемещение разумного тела именно таким — достаточно редким — образом, принципиально мало что меняет, и уж определенно не способно решить личных проблем нервно скачущей туда-сюда личности. Хотя технически удобно, ощутимо экономит время и усилия. Но что такое «время» и так ли мешают усилия по преодолению пространства — если они представлены в разумных объемах — нормальному функционированию отдельно взятого разума? Совершенно верно — не мешают, поскольку время плюс усилия и равно сама жизнь. К тому же Прыжки иной раз способны занести индивида в абсолютно неприемлемые пространства. Сам Укс как-то побывал в Лондоне времен королевы Виктории — чуть не околел от удушья и аллергии. До сих пор тот визит с содроганием вспоминался. Видимо, предубеждение засело в подсознании, как говорят некоторые ученые, так что Прыжки бывшему дарку упорно не нравились. Но как вообще не Прыгать, если у Лоуд все время: «надо помочь», «там очень интересненько», «там этакие странные штуки летают, тебе непременно глянуть нужно»? Понятно, в половине случаев у напарницы вскипал пустой исследовательский зуд и бессмысленный шухер, но случались и вполне познавательные и даже увлекательные Прыжки-экскурсии. С точки зрения добычи-заимствования необходимого инструмента, материалов и запчастей — вообще незаменимый способ. На «Фьекле» почти все оборудование и снасти подобраны в Прыжках, даже заплаты на оболочку там добывались. Трудновато без Прыжков достойное техобслуживание проводить.