Там их, без лишних разговоров, посадили на борт, а затем доставили в район, где располагалась его квартира. По некоторым оговоркам и вежливому обращению к нему агентов-пилотов из летательного аппарата, было понятно, что его личность для них секрет. Только некоторые люди знали, что под этой несуразной маской был Юджин Томпсон, студент первого курса факультета иностранных языков Нью-Йоркского университета и гибрид человека и вампира под сывороткой суперсолдата. И это радовало.

Во время полёта, им, по секрету, сообщили, что жертв было мало, всего двести шестьдесят восемь человек. Из них, правда, было двадцать семь погибших. Но, как заверили их агенты, это очень маленькое число, по сравнению с тем, сколько было людей на Таймс-сквер, когда началось буйство Халка. Причины этого, то есть буйства, кстати, до сих пор были не выявлены.

Из оставшихся двухсот сорока одной жертвы этой трагедии сто восемьдесят шесть имели различные травмы средней степени тяжести: переломы, ушибы и всевозможные растяжения. Остальные пятьдесят пять отделались всего лишь каким-то ушибами. Про количество людей, получивших психологическую травму, оказавшись в эпицентре зверства зелёного монстра, информации не было, но он догадывался, что их в десятки, если не в сотни раз больше.

Слушая, как агенты спокойно обсуждают это и даже радуются, что пострадало всего двести шестьдесят восемь человек, у Юджина сильно портилось настроение. Он знал и понимал, что никоим образом в этом не виноват и что благодаря ему жертв действительно было рекордно мало, но тем не менее… В общем, он не разделял их оптимизма. Питер, кстати, тоже. Из двадцати семи погибших, к слову, восемнадцать были полицейскими, которые храбро и честно выполняли свой долг.

Из мрачных воспоминаний его вывел звонок в дверь.

— О, это Фелиция, – заявил Питер. – Я ей прислал сообщением твой адрес.

— Ты же вроде уже делал так, когда мы профессору Коннорсу помогали, – Юджин встал, чтобы открыть дверь, и посмотрел на друга.

— Да, – он скривил и так не слишком ладное после столкновения с Халком лицо. – Но, знаешь, она чистит сообщения, да и телефон поменяла на новый, и вообще…

— О?К, – пожал он плечами, вновь почувствовав тянущую боль. – Не мои проблемы.

Однако гостьей оказалась другая красавица, а не Фелиция Харди. Точнее даже две красавицы.

— БАМ, Виктория, – Юджин отошёл от двери и сделал приглашающий жест, не обращая внимания на боль. – Прошу.

— Привет ещё раз, красавчик, – улыбнулась Барбара. – На этот раз официально.

— Здравствуй, Юджин, – улыбнулась правительница Латверии, одетая в деловой костюм тёмно-зелёного, почти чёрного цвета, чёрную рубашку с галстуком и в элегантные туфли на высоком каблуке.

(Виктория фон Дум-Ричардс)

(Барбара «Бобби» Морс)

— О, или мне называть тебя Фонарём? – округлив глаза и прикрыв ладошкой рот, спросила Пересмешница.

— Иди в задницу, БАМ, – у него скривилось лицо.

— Во-от, – агент Щ.И.Т.а посмотрела на Мстительницу. – Я же говорила, что ему не понравится.

— А я разве с тобой спорила, Барб? – удивлённо приподняла брови та ответ.

Теперь уже скривилось лицо у Барбары. Не любила она, когда её называли «Барб». По признанию самой девушки, это было слишком созвучно с куклами Барби, которых она просто терпеть не могла. Это знал Юджин после признания, и, очевидно, это знала и Виктория фон Дум, если судить по улыбке на её лице.

— Так её, Виктория, – довольно захлопал он в ладони.

— Предатель, – довольно сильно стукнула его правому плечу агент Щ.И.Т.а.

Лицо у парня не скривилось, удалось удержать, но вот чуть сильнее сжать челюсть пришлось. Было больно. Не смотря на все его старания, это заметили обе гостьи, но прежде, чем они успели что-то сказать, раздалось недовольное и ворчливое новым женским голосом:

— Я знала, что дружба с таким, как ты, не пойдёт ему на пользу, – по лестнице поднялась на площадку очень эффектная и красивая платиновая блондинка. – Не успела я отвернуться, а ты уже каких-то двух бродяжек позвал. Ну, хотя бы должна признать, что вкус у тебя есть. По крайней мере с брюнеткой не прогадал, а вот блондиночка не ахти.

С этими словами девушка прошла внутрь квартиры, на ходу снимая свою кожаную куртку, и оказалась в одном чёрном топике на тонких бретельках и голубых джинсах.

(Фелиция Сара Харди, она же Чёрная кошка)

Юджин впервые видел вживую так близко Фелицию Харди, новую девушку его друга. Встреча между ними всё время переносилась или откладывалась. Теперь было понятно почему. Она его явно невзлюбила за что-то. Что было весьма забавно, учитывая, что это именно Харди была той, кто увела Питера у Мэри Джейн и считалась разлучницей.

Чёрная кошка была уже второй платиновой блондинкой за эти длинные-длинные выходные, которая вызывала в нём желание обнять её. За шею. До хруста. Смертельно. Первой была Эмма Фрост со своим желанием покопаться у него в голове. Но там всё было замешано на диком сексуальном влечении, которое он испытывал к неоднозначной мутантке.

Эта же, пусть тоже была очень красивой платиновой блондинкой, но ни в коем случае не походила на Белую королеву Клуба Адского пламени. Если Фрост была воплощением нордической красавицы с невероятно женственным телом, в форме песочных часов, то Харди была типичной девушкой в стиле «Американская мечта».