Тем интереснее было заявление нашей клиентки о том, что за красивым фасадом скрывался гребенный ад.

— Ты уже звонила ей? — спросил я, подняв взгляд от бумаг.

— Да, — сразу же отозвалась Настя. — Знала, что ты это спросишь. Я уже договорилась о встрече. Сегодня в три часа дня.

Глянул на часы. Начало одиннадцатого. Времени более чем хватит для того, чтобы ещё раз пройтись по документам перед встречей.

Значит, что? Правильно. Не будем тянуть.

— Вызывали, Василий Иванович?

Граф Василий Уваров поднял голову от разложенных на столе бумаг и посмотрел на стоящего в дверях его кабинета мужчину.

— Да, Дмитрий. Зайди и закрой за собой дверь, пожалуйста.

— Конечно, ваша светлость, — кивнул он.

Глава личной охраны графского рода Уваровых выполнил приказ и, закрыв за собой дверь, подошёл к столу.

Граф указал на одно из стоящих перед его столом кресел.

— Садись, Дима. У меня к тебе будет непростой разговор. И, разумеется, всё сказанное должно остаться между нами.

Не то чтобы в подобной просьбе имелось хоть какая-то необходимость. Уваров и так знал, что произнесённое им не покинет этих стен. В верности Дмитрия он не сомневался ни на грамм.

— Конечно, ваша светлость, — кивнул тот. — Я весь внимание.

Отложив документы в сторону, Василий встал из-за стола и подошёл к резному шкафу, что протянулся от одной стены его кабинета до другой. Открыв один из ящиков, Уваров достал наружу деревянную шкатулку и вынул из неё длинную сигару.

— У меня появилась необходимость в, скажем так, специфического рода услуге, — наконец сказал он, возвращаясь за стол и доставая из ящика тяжёлую пепельницу из хрусталя.

— Какого рода услуга вам требуется, ваша светлость? — осторожно уточнил глава его охраны.

— Примерно такая же, о какой мы говорили два года назад, — ответил граф, специальным ножничками отрезав кончик сигары.

Услышав его, Дмитрий с пониманием кивнул.

— Что же, думаю, что особых проблем здесь не возникнет, — произнёс он. — Но мне требуется услышать больше. Сами понимаете, вопрос это несколько… деликатный.

— Конечно, Дима, — граф вздохнул и с помощью специально заказанной для этих целей золотой зажигалки раскурил сигару.

Выпустив в сторону потолка облако ароматного сизого дыма, он задумчиво покрутил в пальцах сигару.

— Требуется устранить одного парня.

— Возраст? Положение? Кто такой?

— Александр Рахманов. Стажёр в адвокатской фирме. Возраст не знаю, но вряд ли сильно больше двадцати.

Начальник его охраны нахмурился.

— Не выглядит как очень сложная мишень. При всём уважении.

— И я бы очень хотел, чтобы всё было именно так, — вздохнул Уваров, зажав зубами кончик сигары. — Проблема в том, что в этот раз парень может оказаться не прост.

— Насколько непрост, ваше сиятельство?

— Предположительно обладает Реликвией. Ментат. Но уровень его сил на данный момент, если они, конечно, у него есть, мне неизвестен.

— Тогда тут могут возникнуть определённые проблемы, ваше сиятельство, — покачал головой Дмитрий. — Если парень обладает Реликвией и является аристократом…

— Он не аристократ, — перебил своего подчинённого Уваров. — Бастард.

— Но его семья…

— Они мертвы, — отрезал граф. — Но вот его способности… они могут представлять для нас определенную опасность в будущем. Поэтому от него надо избавиться. И сделать это надо так, чтобы никто и никогда не смог усмотреть в этом наше участие.

Дмитрий понимающе кивнул.

— Знаете ли вы, какими именно способностями он обладает?

— Нет, — честно сказал Уваров, не собираясь скрывать от своего человека критически важную информацию. — Но, учитывая его возможных родственников, следует ожидать худшего. Вплоть до возможности установления ментального контроля.

— Хм-м-м… это всё усложняет. Значит, работать на близкой дистанции нельзя, — немного подумав, сказал Дмитрий. — Тогда лучше сделать всё с расстояния…

— Дим, меня мало волнует, как именно вы это сделаете. Главное, чтобы в ближайшее время Рахманов перестал дышать и никто, — он наклонился и ткнул тлеющим кончиком сигары в сторону сидящего напротив него человека, — Слышишь меня? Никто не должен узнать, кто именно за это ответственен.

— В прошлый раз никто не узнал, ваше сиятельство. В этот тоже не узнают. Я подготовлю план действий и в ближайшее время предоставляю его вам. Как только вы дадите мне добро — мы всё сделаем.

Когда за ним закрылась дверь, Василий остался в одиночестве в тишине своего кабинета. Сигара лежала на углу пепельницы, распространяя приятный аромат по кабинету. Обычно он его успокаивал.

Обычно. Но в этот раз всё оказалось иначе.

Вот так, за коротким и едва ли не будничным разговором, он подписал приговор какому-то мальчишке. Просто потому, что… Почему? Василий вновь задал себе этот вопрос. Потому что Браницкий сказал ему об этом?