— Манячело. — смеюсь, когда отпускает, и прикусываю его нижнюю губу. Втягиваю в рот и жадно посасываю. — И я теперь тоже маньячка. — глажу ладонями рельефы его груди. — Ты нравишься мне в гражданке. — закусываю уголок губы. — Или почти без неё.

— А в форме не нравлюсь? — спрашивает полушёпотом, цепляя своими губами мои.

— Очень-очень нравишься. Но я от неё устала. Так лучше, любимый.

Губы опять пересыхают от его горячих выдохов. Машинально облизываюсь. Его дыхание замирает. Взгляд падает на мои губы.

— Ох, не дразни меня, Фурия. Заносит от тебя юзом.

— А ты не шали, Маньячело.

Он отходит на пару сантиметров, чтобы не тереться о моё бедро железобетонным членом. Он хочет меня. Я хочу его. Вижу цель — не вижу преград.

Подаюсь вперёд и оборачиваю ладонью жаркий жезл, с нетерпением поглаживая его до самого основания и обратно.

— Нам нельзя, Кристина. — ледяным тоном режет Андрей.

— Нам всё можно.

Обнимаю одной рукой за шею, заглядывая в глаза, второй продолжая ласкать эрекцию. Мужчина шире разводит мои ноги, сдвигает в сторону шорты и бельё. Измазывает пальцы в моей смазке и резко толкает в меня. От боли вскрикиваю и кривлюсь. Дикий медленно вытаскивает, поправляет мою одежду и обнимает.

— Хватит провокаций, Манюнь. Я тебя пиздец, как хочу. Но надо немного времени, чтобы повреждённые ткани зарубцевались. Потом, обещаю, я с тебя не слезу.

Краснея, щипаю его за бок. Он, смеясь, ловко отпрыгивает назад. Получается у него это грациозно, плавно, как у большого кота. И мне очень сильно хочется его ещё погладить.

Приглашая вернуться ко мне, вытягиваю к нему руки. Как только шагает ближе, обхватываю руками за шею и ногами за талию. Он стаскивает меня со стола, поддерживая снизу. Мы звонко, заливисто и счастливо смеёмся. Он кружится по свободному пространству кухни.

Мамочки, как его глаза горят. Хочу, чтобы всегда так было. И смех его слышать. И улыбки впитывать.

— На всю жизнь хочу. — выдыхаю между порывами хохота ему в волосы.

Андрюша задирает голову вверх и целует меня в подбородок.

— Раз хочешь, значит, будет.

— Пообещай мне, Андрей. — требую серьёзно.

— Кристина Царёва, я обещаю тебе, что у нас с тобой будет на всю жизнь. Только сделай правильный выбор. — срывается его голос.

— Сделаю, Андрюша. Уже сделала.

— Знай, что если ты зайдёшь со мной в поезд, то пути назад не будет. Я привезу домой не девушку, а невесту.

Я вспоминаю о необходимости дышать, только когда пространство начинает плыть. Делаю судорожный, рваный вдох. Сердце срывается на разрывные.

— Ты делаешь мне предложение? — выталкиваю растеряно.

— Да. — шепчет громко и уверенно. Губы расплываются в улыбке. — Точнее, не совсем. Сделаю в поезде.

— Ты обламываешь сюрприз. — стукаю его ладонью по спине.

— Это не сюрприз, а констатация факта. Все сюрпризы будут после.

— Какие?

— Скажешь мне «да» и узнаешь.

— Ненавижу тебя.

— Шокирована? — высекает с лёгкой тревогой.

Опускает меня на пол, но пытливого взгляда не отводит.

— Шокирует тебя мой ответ. А я сейчас просто немного охренела. — рыкаю несколько раздражённо.

Он же мне выбора не оставляет.

А нужен он мне вообще, этот выбор? Нет!

Поднимаюсь на пальчики и касаюсь его губ своими.

— Моя месть будет жестокой, Андрюша. Тебе придётся очень постараться, чтобы я тебя простила за такое «предложение».

— Тогда я буду очень стараться, девочка моя. — нежно проводит ладонью по щеке. — Нам с тобой ещё целую жизнь на двоих делить.

Даже самые безумные мечты могут сбываться, если желаешь их всех сердцем

Кристинка с удовольствием уплетает мои блины. Свернув его трубочкой, макает в сгущёнку. Подносит ко рту и откусывает. Сладкая капля стекает по её подбородку. Желание слизать её долбится по всему телу. Сжав кулаки и громко сглотнув, отвожу взгляд от соблазнительной Фурии.

Прикрываю глаза и отпиваю горячий кофе.

Крыша едет слишком быстро и безвозвратно. Стоило дорваться до её тела без запретов, и теперь ещё нестерпимее хочу её. Должно было попустить. Знаю, что должно. Но нихера не отпускает. Как это работает? Секс был. Напряжение спустил. Должно стать легче и немного притупить голод, но он только разгорается. Как же ты, Фурия, это делаешь? Я даже по малолетке таким голодным не был.

На нервах дёргаю с подоконника пепельницу и закуриваю. Когда никотин примешивается к горькому кофе, удовлетворённо выдыхаю. Сигарета под кофе утром одна из немногих вещей, которых реально не хватает на службе и к отсутствию которых я до сих пор не привык.