Наивно откровенные объяснения подруги произвели на Семёна глубокое впечатление. Он и правда происходил пусть не из богатой, но довольно обеспеченной семьи. Стремление Альки соответствовать его положению хотя бы внешне он оценил.

Зимой, когда они были на третьем курсе, он сделал ей предложение и повёл знакомить её со своей семьёй.

Всё банально.

И банальщина эта разрешилась ещё более банально.

…Два варианта. Пока ошарашенная братовым предсказанием девушка шагала к открытой двери в зал, она успела продумать два варианта, как повести себя в случае, если… Но ведь она пока не знает, что может случиться! Брат просто предупредил, что знакомство будет… как минимум, бесплодным!

Два варианта. Первый – она, улыбаясь, распростится со своим… женихом. Второй – она попробует сражаться за него, за своё счастье. При одном условии: если и он будет бороться за неё перед родителями.

Они вошли в тот пресловутый зал, который и впрямь оказался залом, потому что разглядеть, кто в нём и где Алька сразу не сумела. А когда сумела – похолодела.

Все робкие представления о двух вариантах поведения безнадёжно рухнули при виде тех, кто ожидал их в зале.

С увиденным соперничать она никогда бы не смогла.

Родители Семёна стояли возле накрытого к ужину стола.

А чуть сбоку, ближе к окну, стояла девушка, одетая во всё чёрное, но стильное. И её лицо – девушка как будто только что пришла из косметического кабинета. После посещения парикмахерской. Но не её ухоженность заставила Альку оцепенеть. У Семёна нет сестёр. Есть два младших брата. Очень младших. И потому эта девушка не одного из них невеста. Ошеломлённые глаза Альки застыли на животе девушки. Одетая в чёрную водолазку, девушка даже не подумала что-то прятать. Живот её недвусмысленно подсказывал единственный ответ на вопрос: что это?

– Люсенька? – удивился Семён.

Он встал на месте так резко, что Алька едва не ткнулась лицом в его спину. Но успела придержать шаг и, чуть обойдя его, встать рядом.

А потом Алька заглянула ему в лицо.

Он тоже уставился на выпирающий живот незнакомки. Открыл рот.

Его родители, одетые, как будто им идти в театр, переглянулись и с заметным презрением посмотрели на Альку. Не поздоровались, ни словечка не сказали. Судя по всему выжидали, как поведёт себя сын. Именно поэтому долго на Альку не смотрели, сразу уставившись на Семёна.

– Да, Люсенька, - насмешливо ответила девушка и намекающе мягко погладила живот. Блеснули длинные ногти, на которых промелькнули даже какие-то миниатюрные фигурки. – А ты ждал кого-то другого?

На Альку она не смотрела – только в глаза Семёна.

Семён не маг – насколько помнила девушка. Или всё-таки в нём есть зачатки способностей? Он… предугадал? Поэтому не предложил руки ей, вообще-то своей невесте, чтобы ввести её в зал? Оказалось, это такой значимый жест, которому она мельком удивилась… А тут…

Иначе бы почему он, внезапно забыв о невесте, шатнулся к беременной девушке, а потом и вовсе зашагал к ней?

Алька, только переступившая порог, замерла: Семён нежно взял беременную девушку за руки, склонился к ней… Глаза Альки набухали слезами…

– Пошли домой, - тихо предложил за спиной брат.

Она открыла рот ответить ему, но не сумела вымолвить и слова, потому что мешала судорога плача, которая скривила её рот и заставила камнем застыть взбунтовавшееся горло, не давая говорить нормально.

И тут родители Семёна, будто сговорившись, одновременно пошли к ней.

– Надеюсь, вы сами понимаете… Вам здесь ничего не светит… - зашипела его мать.

– Ух-ходите… - словно копируя жену, прошипел отец Семёна. – Нам не нужна безвестная голодранка в семью. Наша семья имеет вес в городе, и мы не хотим, чтобы какая-то нищебродка, да ещё байстрючка и безотцовщина, желала породниться с нами. Не лезьте в нашу семью! Наш сын не про вас!

Они наступали на неё, так решительно вытесняя из зала всё в ту же огромную прихожую, что Алька пятилась – и, в конце концов споткнувшись о низкий порог, едва не упала. И всё оглядывалась на Семёна: неужели он не видит… Неужели уже забыл о ней?

Только стремительная реакция Алика помогла её устоять на месте и не повалиться некрасиво в сторону, махая руками. Брат вцепился в её дрожащие локти и жёстко сказал:

– Идём домой!

Родители Семёна, оцепеневшего возле самодовольно улыбавшейся девушки, теперь и сами попятились, наконец разглядев за спиной нежеланной невесты своего сына ещё одного человека.

Перед тем как закрылась дверь в зал, уводимая братом Алька быстро оглянулась. Семён даже не посмотрел на уходящих, ласково обнимая неизвестную.