После обеда отдохнувший и посвежевший. Петерсен, проспавший перед этим четыре часа, подошел к сидевшим у окна на лавке Лоррейн и Зарине.

— Лоррейн, пожалуйста, не волнуйтесь, — сказал он. — Для беспокойства нет повода. Джордже и я хотим с вами поговорить.

Лоррейн прикусила губу.

— Рано или поздно это должно было произойти. Можно… можно со мной пойдет и Зарина?

— Конечно, если она не будет охать, ахать и сжимать кулаки и называть меня монстром. — Петерсен посмотрел на Зарину. — Обещаете?

— Обещаю.

Майор проводил девушек наверх, в комнату, где за столом уже сидел генерал. Перед ним стояла огромная кружка с пивом, а на полу, у ног, — большая бутыль в плетеном чехле.

— Мы готовы, — сказал Петерсен.

— Да-да, — отозвался Джордже. — Вас не смутит, если я во время беседы буду утолять жажду?

— Мне показалось, что за обедом вы основательно ее утолили.

— Это послеобеденная жажда, — с достоинством объяснил генерал. — Так сказать, продолжение молитвы.

— Беседа будет короткой и безболезненной, — обратился Петерсен к Лоррейн. — Я не дантист, так что не бойтесь. Как вы, должно быть, уже догадались, нам все известно. Обещаю — и Джордже подтвердит это — что ни возмездие, ни наказание вам не грозит. Вы жертва, а не злодей, и действовали, находясь под жесточайшим давлением, неосознанно. Все сообщения состоят из фраз, значение которых вы не понимаете. Слово Джордже на военном совете имеет значительный вес. К моему мнению тоже прислушиваются, особенно в таких случаях, как этот. Ничего плохого не произойдет ни с вами, ни с Карлосом, ни с Марио.

Лоррейн кивнула почти успокоенно.

— Вы, конечно, знаете о нашем сыне.

— Да. Когда его похитили?

— Полгода назад.

— У вас есть соображения насчет того, где его содержат?

— Нет… Смутные… — Лоррейн недолго была спокойной. — Марио где-то здесь, в этой стране. Майор Киприано хотел вывезти его из Италии. Не знаю почему.

— Его можно понять, — сказал Петерсен. — Есть определенные вещи, за которые в Италии пришлось бы нести ответственность даже Киприано. Откуда вы знаете, что сын находится именно в Югославии?

— Они позволили Карлосу дважды увидеться с ним. Второй раз они пошли на это, когда я отказалась работать на них — была уверена, что Марио мертв. Но где он сейчас, не знаю.

— Да. Хорошо. Это неважно.

— Неважно?! — глаза Лоррейн наполнились слезами.

Джордже вынул изо рта свою зловонную сигару.

— Петер хотел сказать, что Киприано сам расскажет ему об этом.

— Киприано… — Лоррейн невольно содрогнулась и замолчала.

— У нас в руках ваша шифровальная книга, Лоррейн, — сказал Петерсен. — Мы изъяли ее, когда вы были на утренней прогулке.

— Вы обыскивали нашу комнату? — возмущенно воскликнула Зарина. — Какое право…

Петерсен встал, распахнул дверь:

— Вон.

— Простите. Я забыла… Я…

— Вы обещали.

— А вы никому не даете шанса исправиться?

Петерсен, не ответив, вновь закрыл дверь, повернулся к столу и, усевшись на стул, продолжил:

— Двойные подкладки в рюкзаках давным-давно считаются анахронизмом. Вероятно, Киприано не допускал и мысли о том, что вы можете попасть под подозрение. В шифровальной книге нет имен, но они нам и не нужны. Там есть кодовые клички агентов, ваши позывные и время вашего выхода в эфир. Потребуется очень мало времени, чтобы заманить шпионов в ловушку…

— А затем? — не удержавшись, спросила Зарина. Джордже выпустил в потолок струю дыма.

— Не задавайте глупых вопросов.

— Почему, Лоррейн, вас послали к четникам? — спросил Петерсен. — Не задумывались? Не для чего, а почему? Киприано знал, что вы служили личной секретаршей у Харрисона и пользуетесь доверием Джимми, Киприано, естественно, считал, что бывший шеф не заподозрит вас в приеме сообщений шпионов-четников, внедренных к партизанам, и в передаче тех же сообщений в Рим, откуда информация шла в штаб генерала Мурдже. Но подлинная причина вашего появления на горе Прендж, конечно же, в том, что мы уничтожили оба шпионских передатчика, способных напрямую поддерживать связь с Римом. Итальянцам понадобился человек, который мог принимать радиограммы агентов из Бихача, работающих на рациях небольшого радиуса действия. Гору Прендж и Бихач разделяет всего двести километров. Вот вроде бы и все, — майор улыбнулся, — Еще один вопрос, Лоррейн, сугубо личный. Где вы познакомились в Карлосом?

— На острове Уайт. Я там родилась. Это недалеко от Суэца.

— Конечно, конечно. Он говорил, что часто бывал там до войны. Надеюсь, у вас будет возможность побывать на родине и после ее окончания.

— Майор Петерсен, а Карлосу… С ним все будет в порядке?

— Если вы обращаетесь к генерал-майору по имени, то простого майора тем более можно называть «Петер». Почему с Карлосом должно что-то случиться? Он же не нарушал ни военные, ни гражданские законы Италии. Если нам чуть-чуть повезет, то, возможно, завтра мы с ним увидимся.