— Андрей Александрович, — доносится грубый бас лысоватого, одетого в байковую рубашку собеседника, сидящего ко мне спиной, — То есть, вы считаете, перспективы есть?

Не удержавшись, незаметно возвращаю свое внимание незнакомцу. Интересно, сколько ему лет? С виду около тридцати. Пожалуй, для меня слишком взрослый.

Вообще — то, мне всегда нравились парни постарше. Ровесники казались слишком поверхностными, их наивные рассказы о себе и самолюбование неизбежно навевали скуку. К тому же, стоило мне заметить их интерес, я тут же осторожно пробовала ими помыкать, а они, желая понравиться, всегда мне это позволяли, после чего прочно и навсегда оседали во «френдзоне».

Но и с более взрослыми мужчинами у меня отношения тоже не складывались. Как сказал мне однажды парень моей соседки по комнате в приступе откровенности, обусловленной двумя распитыми нами на троих бутылками вина:

— Понимаешь, ты ведь девственница и недотрога. С тобой можно только всерьёз. И брать тебя нужно долгой осадой. А на это не каждый готов, когда вокруг много более доступных симпатичных девчонок.

Я, кстати, в тот вечер ушла спать к Светке, чтобы не мешать парочке провести бурную ночь в объятиях друг друга.

Его слова засели у меня в голове, но не сделали меня другой, и я продолжала в свои почти девятнадцать оставаться «девственницей и недотрогой», мечтая, что однажды встречу своего мужчину, такого, как сидящий за соседним столиком.

— Конечно, перспективы хорошие. Основания для расторжения договора серьёзные, будем работать. Я подготовлю исковое заявление и свяжусь с вами, — приятный низкий тембр голоса моего незнакомца теплом отзывается в груди.

— А неустойка?

— Её тоже будем взыскивать.

— Чё-о-о-рт! — услышав резкий возглас подруги, мгновенно перевожу взгляд на неё и едва успеваю отскочить, чтобы разлетевшиеся брызги от кофе не попали мне на платье.

— Извини, рука дрогнула, — расстроено бормочет Света, — хорошо хоть кружки не разбила.

Кажется, мы привлекли внимание всех немногочисленных посетителей заведения.

— Эх, девчонки, ну что ж вы так! — даже сидящие к нам спиной за соседним столиком оборачиваются и не удерживаются от шпилек в наш адрес.

— Бывает! — буркаю в ответ и краснею под немного насмешливым изучающим взглядом моего воплощённого идеала.

— Позову кого-нибудь из персонала, пусть поможет убрать, — подруга бросает косой раздражённый взгляд на мужчин.

Я в это время бумажными салфетками промокаю растекающуюся по столу коричневую жидкость. И не иначе сегодня бесёнок сидит в кармане моего джинсового платья и подбивает меня на всякие глупости. Как ещё объяснить мой внезапный порыв подойти к соседнему столику и попросить отдать мне их салфетницу, глядя исключительно на моего незнакомца?

— Пожалуйста, — тот, кого назвали «Андрей Александрович», протягивает мне белый фарфор, при этом смотрит заинтересованным понимающим взглядом, в котором я улавливаю лёгкую смешинку, — Солью надо присыпать, а потом замыть холодной водой, — кивает на моё платье, давая мне дополнительный повод для смущения: как раз на моей левой груди красуются несколько коричневых пятнышек.

— Спасибо, — выдавливаю сконфуженно, осторожно принимаю салфетницу из его рук, и возвращаюсь на своё место.

––—––—––—––—––

* С. Есенин «Осень»

Кофе обошелся нам по двойной цене, но это не портит настроение. Мы пересаживаемся за чистый столик и беспечно болтаем, подшучиваем над собой и обсуждаем планы на выходные.

Но я то и дело ловлю на себе изучающие взгляды моего сероглазого идеала, заставляющие щёки вспыхивать лёгким румянцем и дарящие робкую надежду на то, что желанное для меня знакомство всё-таки состоится. Особенно после того, как двое его собеседников прощаются и уходят, он же удобно откидывается на спинку стула и продолжает лениво пить кофе.

Между тем наше со Светкой свободное время быстро подходит к концу. Задорно тряхнув светло-русыми волосами, подруга заявляет, глядя на часы:

— Пора! Зайду в дамскую комнату и пойдём, а то опоздаем.

— Давай, — за внешней безмятежностью тщательно прячу разочарование.

Вот и что я опять себе придумала, наивная мечтательница! Такой, как он, если не женат, то наверняка в отношениях. Может, у него здесь назначена ещё одна деловая встреча, и он, чтобы скоротать время, от скуки наблюдает за посетителями. Почему я вообще решила, что взрослый состоявшийся мужчина может заинтересоваться случайным знакомством с обычной студенткой-второкурсницей? Понимаю, что это глупо, и всё равно чувствую себя уязвлённой.

Отмахнувшись от неприятных мыслей, в ожидании подруги развлекаю себя разгадыванием назначения странных предметов, расставленных на декоративной настенной полке.

И пропускаю момент, когда так понравившийся мне мужчина не спеша покидает своё место и подсаживается ко мне за столик, отодвигая в сторону пустую Светкину чашку из-под кофе.

— Не возражаешь? — спрашивает с лёгкой улыбкой, скорее для проформы, а не потому, что действительно ждёт от меня возражений.

Моё неискушённое девичье сердечко на мгновение сбивается с ритма и тут же восторженно пускается вскачь, а я зависаю на этой улыбке, поддавшись обаянию незнакомца. То, что он вот так сразу обращается ко мне на «ты», почему-то не возмущает. Однако, вопреки эмоциональному вихрю, который закручивается сейчас внутри меня, пытаюсь сохранить не слишком заинтересованный вид.