— Нет, — мне удается спокойно пожать плечами и улыбнуться в ответ, — нам всё равно уже нужно уходить.

— На занятия? — мой визави кивает на лежащий на соседнем стуле рюкзак, из которого выглядывают несколько тетрадей с конспектами.

— Да, через полчаса пара начинается.

Он бросает взгляд на массивные часы на запястье своей левой руки.

— Где ты учишься?

— На филфаке. Отечественная филология, — склонив голову на бок, машинально накрываю рукой свою кофейную чашку и начинаю водить кончиками пальцев по ободку. Губы мужчины изгибаются в едва заметной ухмылке. Проницательные серые глаза с лёгким прищуром исследуют моё лицо, в то время как он продолжает свой допрос.

— В субботу тоже занятия?

— Ну уж нет, суббота свободна, хватает и пяти дней в неделю, — протестующе хмыкаю и качаю головой.

— Погуляешь со мной в субботу по набережной? — бархатный тембр мужского голоса в сочетании с обаятельной улыбкой удивительным образом действует на меня расслабляюще и искушает согласиться на всё, что бы ни предложил его обладатель. И всё-таки не удерживаюсь от лёгкой иронии:

— Мммм… Романтическая прогулка с незнакомцем? Заманчиво!

— Андрей, — представляется мой собеседник и протягивает мне через стол руку для рукопожатия.

В памяти не к месту всплывает взятая еще в школьной библиотеке книга «Поговорим об этикете», в которой утверждалось, что мужчина женщине первым руку не протягивает. Но кто в наше время обращает внимание на этикет! К тому же незачем лукавить: мне очень хочется к нему прикоснуться.

— Ульяна, — мягко вкладываю свою ладонь в его. Тёплую, сильную, большую, в которой моя просто тонет.

— Ульяна… — повторяет моё имя, словно на вкус пробует, смакует. Осторожно сжимает мою ладонь и, глядя мне в глаза, начинает большим пальцем медленно поглаживать её тыльную сторону. По коже от этой едва заметной ласки разбегаются мурашки. Мозг громко сигналит, что происходящее неправильно, недопустимо, неприлично, и я немедленно должна это прекратить. Только вопреки всем сигналам я этого не делаю. Будто зачарованная, забываю дышать, проваливаюсь в эти серые омуты, медленно тону, теряюсь, уплываю…

Остановившееся время снова начинает свой ход, когда я улавливаю осторожное движение рядом. С трудом отрываю затуманенный взгляд от лица мужчины и перевожу на Светку, успевшую вернуться и взирающую на нас округлившимися от удивления глазами.

— Ульян, опаздываем, — тихо замечает она.

Моя попытка вернуть свою ладонь из руки Андрея приводит к обратному — он сжимает её чуть крепче, показывая, что не собирается меня отпускать. Но при этом молчит, предоставляет мне самой разрешить ситуацию с однокурсницей.

Наверное, было бы правильно представить их друг другу и продолжить наш разговор втроём. Но я не готова, совсем не готова сейчас делить внимание моего сероглазого идеала с кем бы то ни было.

— Свет, — прошу немного виновато, — я сейчас приду.

Мы дружим уже второй год, с тех пор, как вместе поступили на один факультет, и понимаем друг друга с полуслова. Светка, хотя и неодобрительно поджимает губы, но забирает свою сумку и направляется на выход.

— Подожду на улице. Недолго, ладно?

Как только мы с Андреем остаемся вдвоём, возникшая между нами магия притяжения окутывает с новой силой. Мы оба это чувствуем. Я вижу это по тому, как хищно блестят предгрозовым оттенком серые глаза, скрестившиеся с моими карими. Ощущаю, как невидимые токи зарождаются в месте соприкосновения наших рук и мириадами искр разлетаются по всему телу, которое вдруг наполняется древним, как мир, желанием. Горячие хмельные волны одна за другой разносятся по венам вместе с бешеным током крови, разгоняемым гулко стучащим сердцем, вызывая жжение в груди, приливая к щекам и опаляя их густым жаром.

Эти ощущения, такие новые для меня, дезориентируют и выбивают из колеи, но невозможно, немыслимо ни прекратить, ни отказаться от них.

В себя приводят громкие голоса и грохот отодвигаемых новыми посетителями кофейни стульев. Я стыдливо оглядываюсь, боясь обнаружить любопытных свидетелей нашей интимности. Но, к счастью, никому нет дела до того, какая эмоциональная буря только что пронеслась над нашими с Андреем головами.

— Ты так и не ответила, — виновник моего смятения возвращается к прерванному разговору. — Погуляешь со мной в субботу?

А я вдруг чувствую себя маленьким кроликом, который вот — вот попадет в лапы опытному хищнику. Если я сейчас соглашусь, с ним не будет так, как с другими. Он не из тех, кто поведется на женские уловки и даст собой манипулировать. И вести в отношениях будет он. Да, вот так мягко и ласково, как он сейчас поглаживает каждый мой пальчик, держа в своей теплой большой руке, так проникновенно, как смотрит на меня своими глубокими серыми глазами, он постепенно завладеет моим сердцем, и однажды — я вдруг понимаю это с особой ясностью — я не смогу сказать ему «нет», чего бы он от меня ни потребовал.