— Вы не должны были сюда заходить, — сказал он, и его голос был странным, нечеловеческим, как если бы это было не просто его тело, а что-то, что его контролировало.

Даниил сделал шаг вперёд, пытаясь выглядеть более уверенно, чем чувствовал себя на самом деле.

— Почему? Что мы здесь должны понять?

Мужчина не ответил сразу. Он медленно поднял руку и указал в сторону окна.

— Видите? — сказал он. — Это то, что за пределами этого места. Время, которое не течёт. Мир, который не существует. Вы все теперь здесь. В ловушке.

Алина дрожала, и её глаза метались по комнате.

— Ловушка? Для чего? Зачем?

Мужчина снова замолчал, а его глаза начали тускнеть, как если бы он рассматривал что-то, чего они не могли видеть. Он поднял взгляд, и его глаза стали пустыми.

— Для того, чтобы вы никогда не вышли отсюда, — произнёс он в конце концов.

И в тот момент, когда Анна хотела спросить что-то ещё, комната снова изменилась. Это происходило медленно, с почти незаметным движением. Стены начали покрываться трещинами, а пол стал влажным, как если бы что-то было готово прорваться из-под него. Тьма заползала по углам, и воздух снова стал плотным и тяжёлым, как будто вся атмосфера сжималась, готовая сжать их в своём нутре.

— Нужно уходить, — сказал Даниил, отчаянно пытаясь найти выход.

Но комната, как и прежде, не давала им пути.

— Вы всё ещё не понимаете, — сказал человек, его фигура уже почти исчезала в этой растущей тьме. — Вы пришли сюда, и теперь вы — часть этого места.

Анна почувствовала, как её силы оставляют её. Её тело было затруднено движением, а разум стремился найти хоть какую-то ниточку, чтобы выбраться. Всё происходило так быстро, что она не могла понять, что это — реальность или кошмар, но в любом случае она уже была здесь, и уже не могла уйти.

Тьма в комнате сгущалась, как живая сущность, обвивая их с каждым мгновением, и Анна почувствовала, как её сердце сжимается от страха. Всё вокруг становилось нелепо и абсурдно, как если бы реальность сама себя разрушала, и они стали частью этой разрушающейся структуры. В её голове звучал лишь один вопрос: Как выбраться отсюда?

Даниил шагнул вперёд, его глаза были полны решимости, но тело словно сопротивлялось. Он пытался повернуться к двери, но комната казалась всё более и более изолированной от всего остального мира. Пространство вокруг них искажалось, теряло границы, будто мотель превращался в нечто большее — в замкнутую вселенную, в которой они были лишь частицами.

— Мы не можем ждать, — сказал Даниил, схватив Анну за руку. — Нужно двигаться, несмотря ни на что.

Анна кивнула, но её мысли были спутаны. Она всё ещё не могла понять, что происходило, но была уверена в одном: стоять на месте было опасно. Всё, что им нужно было сделать — это выйти. Но что-то внутри говорило ей, что выход не существует. Этот мотель был как лабиринт, который менял свою форму, никогда не давая им пути назад.

Алина, всё это время стоявшая в тени, внезапно заговорила.

— Нам нужно довериться этому месту, — её голос был необычайно тихим, почти с нотками отчаяния. — Мы же все здесь по какой-то причине.

Анна повернулась к ней, удивлённо смотря в её глаза. В них не было страха, только усталость и понимание того, что они зашли слишком далеко, чтобы вернуться.

— Ты о чём говоришь? Мы не можем... — Анна не успела договорить, как дверь за их спинами с шумом распахнулась сама собой. Это было настолько неожиданно, что все замерли.

За дверью стояла та же пустота, которую они видели раньше, но теперь, в её центре, появился силуэт. Этот силуэт был размытым и нечётким, как если бы его не было вовсе, а был всего лишь отражением в зеркале, которое изменяет форму с каждым взглядом. Внезапно фигура начала обретать чёткость, и Анна почувствовала, как в её голове начали всплывать фрагменты воспоминаний — те, которые она предпочла бы забыть.

Силуэт становился всё более и более реальным, и теперь она могла различить его лицо. Это был её отец. Но что-то было не так. Его глаза были пустыми, а его лицо — искажённым, будто бы время оставило на нём неизгладимый след. Это было странное воспоминание, которое, казалось, пришло к ней из другого времени, из другой жизни.

— Папа? — едва слышно выдохнула Анна, её голос затёрся в глухой пустоте комнаты.

Фигура не ответила, но её глаза как бы говорили о чём-то глубоком, что Анна не могла понять. Они словно пытались донести до неё важное послание, но это послание терялось в пространстве, не достигав её разума.

— Анна... — произнёс фигурант голос, который был знаком, но не своим родным. Это звучало как эхо, как если бы голос прошёл сквозь время и пространство, но он был не тем, чем казался. — Ты не можешь уйти, пока не осознаешь, где ты.

Анна почувствовала, как её сердце ускоряет биение. Каждая клеточка тела кричала, что что-то не так, что этот мужчина — не её отец, а нечто, что его имитировало. Это было чуждо и страшно, и хотя её разум кричал, чтобы она бежала, тело словно было скованным, не в силах сделать шаг.