— Устала? — спросил Беромир, когда она закончила и подойдя села рядом.

— Забегалась. Одной тяжело. И воду погреть, и прочее.

— А чего в помощники себе никого не берешь? Вон сколько лбов здоровых?

— Так, они от меня шарахаются. — ехидно усмехнулась Дарья.

— Прямо все?

— А как же? Я же ведьма Мары. С такими как я, люди без особой нужды даже и разговаривать не считают нужным.

— Надо тебе учениц-послушниц набирать.

— А тебе, скажешь, не надо? — усмехнулась она. — Эти-то ученики вскоре все разлетятся. Кто работать будет?

— Вернутся.

— Ой ли?

— Они же мало что ведают. Мало пройти пробуждение. Надобно рядом быть, чтобы разобраться в делах. Смотреть. Участвовать. Куда им деваться-то? Вернуться. Кто их еще учиться станет?

— Кланам они надобным дома.

— Кланам надобно железо. Чем больше, тем лучше. Сообща его ведь добывать лучше, легче и быстрее. Не так ли?

— Откуда мне знать? Может, ты так хитришь? Али если они разбегутся, сам не справишься?

— Самое сложное — копать руду, да дрова заготавливать. Ну и подвозить их. Здесь больше всего рабочих рук надобно. И без этого никак. Но дело сие нехитрое и, мыслю, можно кланам поручить.

— Вот, — протянула она. — Видишь? А в остальном можно без многих рук?

— Во многом. Хотя и возни потребуется много. — кивнул Беромир. — В мехах может и река воздух качать, да и молотом бить.

— Река? — немало удивилась Дарья.

— И ветер. Решения есть, но время… — покачал головой ведун.

— Да уж… у меня только все самой, руками.

— Что поделать? Человек не руда. С ним всегда все сложнее.

— Слушай, а кроме спирта есть иной способ в сон человека отправить? Чтобы в ране ковыряться.

— А что не так со спиртом?

— Из трех померших двух рвало от него. Не могли выпить столько, чтобы боли не чувствовать. Сразу выворачивало и крутило. А как лезла к ним в рану — орали безумно. В крике том и померли.

— Таких ведь немного.

— Нужно что-то другое. У меня снова спирт кто-то украл. Одних выворачивает. Другие пристрастились. Хожу, нюхаю, но здесь им многое пахнет. Весь дом, считай, провонял. А пьют эти злодеи, видно, немного и перед сном. Чтобы выветрилось.

— Или перед сменой повязок? Ты ведь им для храбрости даешь?

— Хм… может, и они. Но ты мне лучше скажи — есть иной какой-то отвар или еще что для такого сна?

— Эфир, — ляпнул Беромир первое, что пришло в голову.

— Что за эфир?

— Эм… э-э-э… хм… диэтиловый, — с огромным скрипом произнес ведун. Хотя ни первое, ни второе слово Дарье не сказало ничего, что и отразилось на ее лице полным непониманием.

Возникла пауза.

Беромир напряженно пытался вспомнить, как этот чертов эфир делали. Ведь как-то просто. Иначе в середине XIX века он не мог бы найти обширного применения. Ну… относительно обширного.

Он потер лоб.

Дарья молча наблюдала за ним.

Ведун же, поняв, что ничего про этот самый диэтиловый эфир не помнит, кроме открытия достаточно рано, стал рассуждать на эту тему. Большинство веществ, которые открывались в те годы, были тем или иным образом связаны с прокаливанием или перегонным кубом. И добывались технологически просто. Плюнули, помешали и варили три часа. Ну или как-то в этом духе.

Название намекало на связь с обычным спиртом. Значит, работать нужно через «самогонный аппарат».

Только как?

Чего туда плеснуть для нужного эффекта?

— Чего-то ты затих. — нарушила тишину Дарья.

— Думаю, как его сделать. Тут быстро и не ответишь.

— Велес не подсказывает?

— Он далеко не всегда вмешивается. Да и поди разберись в том, что он сказал. Где бог, а где ты? Человек слаб и слишком несмышлен для легкого разумения божественной речи.

— Так ты сделаешь?

— Я попробую, — улыбнулся Беромир. — Не уверен, но попробую. Хотя в любом случае подсоблю и изготовлю тебе карболку.

— А это что такое?

— Очень вонючая штука, которая так же очищает предметы и руки, как спирт. Пускай эти дурни ее теперь у тебя воруют. Сразу себя выдадут.

— Как же?

— Сдохнут, — оскалился ведун. — Она весьма токсична. Отчего и очищает — выжигает всю мелкую живность видимую и невидимую. Если ее выпить будет очень сильное отравление. Даром, что выпить ее сложно, ибо вонючая жуть. Хотя… Я слышал о ценителях, которые ее в напитки горячительные добавляют. Дымный виски называется или торфяной. Хотя ее там, конечно, очень мало. Совсем капелька просто для того, чтобы в целом достаточно омерзительный вкус крепкого алкоголя приобрел совсем уже неповторимый оттенок…