— Про мое предложение ставить укрепленные поселения родовые слышала?

— О них вся округа только и жужжит. Даже за Припять ушло. — ровно ответила она.

— По моей задумке в каждом таком поселении надобно иметь ведьму Мары, чтобы лечить да провожать на тот свет и ведьму Зари для встречи. На полном содержании обитателей. Пятнадцать-двадцать семей, мыслю, двух женщин смогут прокормить. И еще ведунов, но то уже вас не касается.

— Ты хочешь. Это я услышала. А что роща хочет?

— А роща сказывает, что вас нет. И брать неоткуда. Дарью я вон озадачил. Три вдовы в ученицы взяла, да уже пять девочек. Крутятся — помогают. Книгу пишет о знаниях своих, чтобы молодых ведьм ею снабдить. Но то — ведьма Мары. А расплодить ведьм Зари без тебя никак. Что скажешь?

— Подумать надо. Посоветоваться.

— Думай. По весне, коли согласишься, начну ставить родильный дом, а рядом лечебницу. Первый тебе отдам, второй — Дарье. Все ж помощь тебе ее может пригодиться.

— Это еще в чем?! — насупилась ведьма Зари.

— О родильной горячке ведаешь?

— Бывает такая. — кивнула она. — А ты отколь про нее знаешь?

— Я много что знаю. И ведаю, как сильно уменьшить ее появление. И Дарья знает — это ее дела. Ибо младенец все же живой. И вам рука об руку надо с ней за него бороться. Хотя детей и иначе пользовать надо. Хрупкий, малый совсем. Многое совсем иначе.

Рада пожевала губы.

— Что? Не нравится?

— Да отчего же? Ежели сумеем извести горячку ту, то дело славное. Знал бы, скольких она на костер отправила. Но где учениц мне брать, коли соглашаться? Служба Заре — тяжелая служба. Отказ от всего естества женского ведь. Даже если ты кормить станешь, все одно — тяжело. Очень.

— Ты умеешь определять тех дев, которые родить не сумеют, али понести?

— Это не всегда просто. — не сразу ответила Рада, долго размышляя.

— Но возможно?

— Ежели за девицей посмотреть — да. Так-то разом и не скажешь, хотя и такое бывает, но не очень часто.

— Так ты таких выискивай. И в ученицы бери. По всем родам спрашивай. Езди поглядеть. Приглашай.

— Да кто же дочь отпусти? — фыркнула она. — Даже не способная рожать по делам пользительна. Таких часто второй женой берут. Взамен умершей. Чтобы за детьми присматривала, да хозяйство вела.

— А если выкуп за такую положить?

— Если мало — не дадут, если много — здоровых станут пытаться спровадить.

— И за сколько сами поведут?

— Два топора если положишь и по четыре ножа, косаря, серпа и косы — приведут добрую половину.

— Ну так давай так и сделаем. Пускай приводят. Ты девиц осматривай. И если считаешь, что она годна — сказывай мне, я заплачу. Но только за тех, что подойдут тебе в ученицы.

— В ученицы… — смешливо фыркнула она.

— А чего смешного?

— Да не было такого отродясь. Одну ежели ученицу ведьма Зари держит — уже дивно.

— Не было, так станет. — улыбнулся Беромир. — И сразу им сказывай что жить они будут либо при родильном доме, либо по укрепленных родовым домам. Тех, кто поспособней и, в особенно как наставник хорош, при себе оставляй, а остальных в рода пускай.

— Не слишком ли жирно — целую ведьму Зари на два десятка семей?

— А ты и считать умеешь?

— То не великая премудрость. Два десятка — это два раза по столько. — произнесла Рада, растопырив пальцы на обоих ладонях. Вено? Вот. Так я и спрашиваю, не жирно ли?

— Ведьма Зары роды будет и женщинам принимать, и живности. Ты же и это делаешь?

— Делаю. А куда девать? Тем часто и кормлюсь. К бабам редко пускают, побаиваются.

— Вот. Роды. Потом помощь при выкармливании. Лечение детишек. Работы хватит. Практика, опять же.

— Практика? Что сие?

— Тут, при родильном доме, воспитывать молодых ведьм будем. А туда — в укрепленные дома уже отправлять. Поначалу годик пожить, подсобляя и к делам живым привыкая. А потом и насовсем — туда, где нужда возникла. Например, ведьма Зари умерла или уже совсем обветшала.

— Скажешь тоже, — хохотнула Рада и хлопнула его по плечу, да так, что он аж просел чуток. — Обветшала!

— Всякое бывает, — улыбнулся он, потирая плечо.

— Беромир! Беромир! — крикнул Влад с самой верхотуры донжона.

— Чего?

— У нас гости!

— Шо, опять?! — невольно вырвалось у него. И почти сразу уточнил. — Кто? Далеко?

— Первая пирога из-за излучины вышла. Вон — вторая.

— С оружием они?

— Там всякие. И бабы с дитятками.

Несколько секунд ведун поколебался, после чего направился наверх. Своим глазом глянуть.

Так и оказалось — гости.

И выглядели они как переселенцы. Вон — кроме людей еще и баулы со всяким барахлом.

— Рано же, — произнес Добрыня, тоже подошедший сюда.