«Персонажи Елена Курцевич, пан Заглоба и Редзян покидают ваш отряд»

Еще раз раскланиваемся и разъезжаемся.

Все, больше никаких попутных приключений. И так достаточно задержался. Хватит чужими делами заниматься — своих невпроворот.

По дороге до Кракова ничего интересного не случилось. Так, выскакивала на наш отряд пару раз какая-то голытьба, но после пары залпов — бросалась в рассыпную, а мы и не преследовали. Поживится у них нечем, а «2» очка за поверженного врага не тот приз, ради которого стоит себя утруждать и терять время. Каждому из членов моего отряда до нового уровня нужно было не меньше нескольких тысяч хитпоинтов, не говоря уж обо мне.

В самом Кракове тоже все прошло быстро и гладко. Стража обо мне была предупреждена, так что когда я назвался, при въезде в город, начальник стражи попросил следовать за ним, и провел к королю потайным ходом.

Сигизмунд принял меня в какой-то небольшой комнатушке, где не было ничего, кроме письменного стола и пары кресел.

— Если вы здесь, значит, задание выполнили?

— Да, ваше величество. Не знаю надолго ли, но пушки, угрожающие монастырю, какое-то время будут неисправны. Думаю, не меньше недели.

— Хорошо… Я рад, что не ошибся в выборе. Вы заслужили награду, и она ваша. Держите…

Король протянул мне два свернутых трубкой листа пергамента.

— Здесь патент товарища войскового гусарского полка на ваше имя, пан Антоний. И дарственная на Замошье и Куличики…

— Спасибо, Ваше величество…

— Служите нам верой и правдой и увидите, что король умеет ценить преданных слуг. Желаете еще что-то сказать?

— Только одно… Совершенно случайно мне удалось узнать, что у короля Карла опустела казна. И что его наемники вот-вот оставят армию.

— Отличная новость! И она тоже достойна награды… — король открыл стоящий на столе ларец и вынул из него пузатый кошель. — Держите, пан Антоний. Я знаю, что доблесть и верность не покупают, но деньги нужны всем.

— Благодарю, Ваше величество. Можете рассчитывать на меня.

— Кстати… — словно только сейчас вспомнил король. — Вы же прямиком в Замошье?

— Если вы не прикажете чего-то другого…

— Нет-нет, задерживать не стану. Понимаю, вам не терпится заняться своей вотчиной. Только просьба. Заскочите по пути в Смоленск и передайте письмо воеводе Обуховичу. Надеюсь, это вас не затруднит.

— Если вы прикажете, ваше величество, то хоть в Москву или в Стамбул поеду.

— Спасибо. Я запомню ваши слова. Держите письмо… и вот еще немного на дорогу… — король протянул сложенный в четверо и запечатанный сургучом лист бумаги и небольшой кошелек.

«Внимание! Ваши отношения с «Речь Посполитая» улучшились до «45» — доверие. Ваши отношения с персонажем «Король Сигизмунд» улучшились до «50» — дружба»

— Может у вас есть какие-то просьбы? Говорите пан Антоний, не стесняйтесь?

— Только одна, ваше величество.

Похоже, король спросил просто так, для годится, потому что в глазах его промелькнуло нечто вроде удивления. Не ожидал, что после стольких наград я осмелюсь просить еще что-то, но виду не показал.

— Я слушаю. Говорите…

— Неподалеку от Кракова я видел лагерь польских наемников. Разрешите мне набрать там рекрутов? Замошье не так далеко от земель Крымской орды. А то такие соседи, что ухо надо востро держать.

Похоже король ожидал что я стану выпрашивать себе еще какую-то недвижимость или деньги, потому что улыбнулся радушно, стянул с пальца перстень и протянул мне:

— Конечно, пан Антоний. Ваше желание понятно. Вот, держите. Покажете этот перстень командиру наемников, и он поймет, что вы действуете с моего разрешения. Один лишь совет… торгуйтесь с ним, как иудей, за каждый грош. Иначе капитан Жеребьевский обдерет вас как липку. Воин и наставник он отменный, но судя по всему, в его роду была, как минимум, пара евреев.

Я принял перстень, изобразил поцелуй в милостиво протянутую руку и вышел. Начальник стражников ждал за дверью. Чему я несказанно обрадовался, поскольку самостоятельно выбраться из этого лабиринта коридоров было б не легче чем Тезею от Минотавра.

* * *

Лагерь польских наемников располагался верстах в шести от Кракова. Временный, палаточный городок, обустроенный по обычаю римских легионеров. Квадрат, обнесенный земляным валом и частоколом. По углам — сторожевые вышки. Из одной нас заметили заранее, так что когда приблизились к въезду на территорию, нас уже поджидал небольшой отряд рекрутов во главе с седоусым рыцарем.

— День добрый, панове! — поздоровался я первым.

— И вам того же, — ответил седоусый. — Кто такие?