— Ого! — не сдержался я от ухмылки и тихонько, чтоб девушка не расслышала, произнес на ухо Немому. — Как хорошо сказала. Я, раньше, в простоте душевной думал, что это бл*дство. А оказывается — философия.

— Но ты же, пан Логинус, держишься, — озадаченно покрутил головой Заглоба на такие слова давнего приятеля и монахини. — Четвертый десяток цнотливость хранишь во имя обета. И никакая половинка не ввела до сих пор в искушение.

— А ты не равняй урожденного шляхтича с казаками… — с некоторой обидой ответил литвин. — В отличие от Богуна, большая часть их подлого роду-племени и о чести понимание имеют весьма своеобразное. Прошу прощения, пан Иван… — покосился на Немого.

Но казак лишь плечами пожал. Мол, все так и есть. Разного люду на Запорожье хватает. Есть и шляхтичи, есть и беглые, и даже выкрестов можно сотнями считать. И честь они по разному разумеют. А как иначе… Мужику-гречкосею, всю жизнь гнувшему шею на панщине, рыцарские политесы, что мертвому припарка. Ни пользы, ни понимания. Тем более, теперь, когда по всему миру кровь как водица в половодье льется, а в казнях и пытках враги словно соревнуются, кто еще жутче и страшнее кару придумает. Четвертование или сажание на кол, уже как милость считается.

— Согласен, — решил я остановить спор, готовый полыхнуть с новой силой. — Мне тоже кажется, что не с руки Богуну держать панночку в лагере. Была б она обычной воинской добычей — еще куда ни шло, но ведь мы знаем, что полковник влюблен в Курцевичну. А, значит, не теряет надежды на взаимность и будет беречь ее, как зеницу в глазу.

— Гм… — Заглоба задумчиво потер лоб. — Если так смотреть, тогда, да… И даже скорее всего. Но… для нас это все усложняет. Найти табор Богуна проще простого, а вот место — где он может спрятать панночку… Ума не приложу.

— Есть мысль…

— Так говори, пан! Не томи душу!

— Слыхал я, что при пане Скшетуском состоял в прислугах один обедневший шляхтич? Как то бишь его… Родзян… Редян?

— Редзян! — вскричал Заглоба и с недоумением уставился на меня. — Но, откуда пан…

— Точно! — не дал я договорить старому шляхтичу, одновременно поглядывая на литвина. С расчетом, что Заглоба по-своему истолкует этот взгляд и решит, что информацией меня снабдил Логинус Подбипента.

— Редзян… да. И еще мне известно, что он водил дружбу с Богуном. Даже спас его. Вернее — выходил. Так вот, я думаю, если мы найдем этого парня, то и кое-какие секреты казацкого полковника больше не будут для нас тайной.

— Истинно так, пан Антоний. Чтоб мне в жизни больше ни одного глотка меду не сделать, если ты не прав!

* * *

Оседлав одного из последних заводных коней, пан Заглоба обернулся в лагерь Богуна меньше чем за час. И вернулся не один. Вместе с прискакал молодой, круглолицый парень лет двадцати. Одетый довольно богато, но во что попало. Сразу было понятно, что вся одежда ему досталась по случаю, как военный трофей. А характерные пятна, хоть и тщательно застиранные, недвусмысленно указывали на незавидную судьбу предыдущих хозяев вещей.

— День добрый.

— И тебе не хворать, — пригласил жестом присоединится. — Есть что сказать о судьбе панны Курцевич?

— Да. Я знаю, где Богун ее прячет.

— И?

— Только не вызволить ее нам. Место там такое… Жуткое.

— Небось, не страшнее, чем атака башибузуков, — отмахнулся Ян Шпычковский. — А все присутствующие здесь не один раз в бою побывали. Так что поглядим. Впрочем, пан, если сам не хочешь рисковать — неволить не станем. Проводи до места. Или объясни, как туда добраться. К слову, далеко отсюда?

— Я не трус… — приподнял подбородок парень. — И хоть беден, но тоже шляхтич. А место там в самом деле жуткое. Потому как сторожит панночку настоящая ведьма. И не одна. Точно не знаю — внутри пещеры не был, но как минимум один оборотень у нее на службе имеется.

— Оборотень? — оживился Подбипента. — А правда, что они трехголовые бывают?

— Враки… Трехголовые змии, — уверенно ответил парень. — А оборотни как и все существа, с одной башкой. Зато волчьей.

— Жаль… — вздохнул литвин и потерял интерес к разговору.

— Разберемся. Так далеко отсюда?

— Нет, к вечеру доберемся… но, я бы не советовал ночью туда соваться.… это самое плохое время. Создания тьмы как раз в самую силу входят. Тем более, полнолуние сейчас.

Угу. А ничего так квест вырисовывается. С нечистью мне еще биться не приходилось.

— В заповедных и дремучих страшных Муромских лесах

Всяка нечисть бродит тучей и в проезжих сеет страх.

Воет воем что твои упокойники.

А если есть там соловьи — то разбойники.