Меня тоже коробило от тона свёкра при обращении к Люцию.

— Верно, и законная супруга тоже только одна, — зачем-то буркнула я себе под нос и тут же осеклась, надеясь, что меня не услышали.

Но зря. Принц остановился и несколько мгновений стоял неподвижно.

— Готов с этим поспорить. И как раз сейчас постараюсь доказать кое-кому, что в вопросе брака не всё столь очевидно. — Люций зашагал вперёд и, остановившись перед дверью кабинета правителя, добавил: — Пожалуйста, дождись меня, Дафна. Не уходи никуда.

Он скрылся за деревянной преградой.

На противоположной стороне коридора стоял одинокий кожаный диванчик. Я подошла к нему и присела. Младший брат Люция встал рядом. Он был мрачен и суров. Мне казалось, что это его обычное состояние, так как другим я его никогда не видела .

Когда прошло около получаса, мне стало скучно, и я занялась разглядыванием своего компаньона. В голове не укладывалось, как мог младший Алмор быть настолько крепче и больше наследного принца Дикеи. Они с братом были словно день и ночь. Один — светлоликий и улыбающийся блондин, согревающий сердце и душу одним своим видом, а второй — тёмный и суровый, словно самый ужасный ночной кошмар. Даже на расстоянии меня бросало в холод от того, какие презрительные взгляды кидал на меня диал. На несколько лет младше Люция, Дуэйн был выше него на голову и раза в полтора шире в плечах.

Но стоило мне присмотреться к нему поближе, как я заметила существенное сходство. Отец у них явно был один и тот же. И теперь младший принц уже не казался мне таким уж пугающим. Только одна прядь седых волос в его тёмной шевелюре выглядела какой-то чужеродной. Одетый в чёрные латы, с огромным мечом в руке он вселял ужас во всех, кто проходил мимо нас. Ни одна из служанок даже не оглянулась. Наоборот, все припускали что есть мочи, лишь бы как можно скорее скрыться из вида и не привлечь внимание угрюмого дикейца.

— Что-то они долго, — решила я разбавить тишину беседой, понимая, что ответа, скорее всего, не дождусь. И лучше бы так и было.

— Дикейско-Гарвийская война длилась дольше.

Я услышала низкий бархатистый голос Дуэйна.

— При чём здесь война? — не поняла я.

— Он ждал её завершения два года. Вернулся из Лиссии сам не свой. Просил отца дать добро на свадьбу. Спорил с ним до хрипоты. И, только заручившись согласием, угомонился… — Диал смотрел в одну точку, будто был не здесь, а заново переживал события прошлого.

— Ты это о своём брате? О той осени, когда он приезжал к нам по делам? — решила я уточнить. Не могла сдержаться, было очень любопытно узнать о Люции побольше.

— Он приезжал не по делам. Ему вообще не нужно было ехать, но разве он кого-то послушал? Заявил, что просто обязан посетить дворец лиссийцев, собрал свои вещи и отправился с отцом. А вернулся больным. Тобой. — Громила посмотрел на меня так, что мне захотелось испариться и сделать так, чтобы все, знавшие меня, забыли о моём существовании.

— Но что я такого сделала?

— Это ты мне скажи, Дафна. — Моё имя он произнес так, словно это причиняло ему боль. — Что ты сделала с моим братом, что ни одной его душе нет с тех пор покоя? Какой магией владеешь?

— Смешно. Разве может дочь диала обладать силой? — Я взглянула на Дуэйна с вызовом.

— Все женщины ею обладают. Кто-то в большей, кто-во в меньшей степени. Ты не исключение, иначе почему он так долго упрашивал отца дать разрешение на брак с тобой? Получил и был сам не свой от счастья. Но правитель Дикеи тоже не лыком шит. Поставил ему условие: выиграть войну и только после ехать в Лиссию свататься. Люций этому не обрадовался, но и спорить не стал. Даже согласился отправиться на передовую. Мы с ним два года жрали из осколков от пушечных ядер и спали в видавших виды палатках, убили без счёту гаврийцев и их диалов, чуть не подохли в решающем сражении и одержали-таки победу. И всё ради чего? — Тут он сделал многозначительную паузу и посмотрел на меня как на червя, копошащегося у его ног. — По возвращении брат первым делом отправил письмо твоему отцу. Но опоздал. Ему сообщили, что тебя уже выдали замуж. За другого.

Пока он рассказывал всё это, моё сердце то пускалось вскачь, то замирало. Подумать только. Ведь я ничего не знала. Ничегошеньки. Всё это время думала, что мой зеленоглазый сказочник просто забыл обо мне и живёт себе припеваючи, наслаждаясь обществом придворных дам. Даже не удосужилась расспросить брата или высших чиновников о том, как обстоят дела в Дикее. К горлу подкатил неприятный ком, а на глаза навернулись слёзы.

— Ты недостойна моего брата, Дафна. Ни ты, ни какая-либо другая женщина. Он столько рисковал ради тебя. И продолжает это делать. Видела, в каком состоянии Люций вернулся в замок? Это твоя вина, лиссийка. Какое право ты имеешь держать его души в плену и не давать спокойной жизни? — Дуэйн говорил спокойно и размеренно, будто репетировал эту речь очень давно.

Мне же казалось, что с каждым его словом я теряю часть себя. Разваливаюсь на кусочки, которые никто не в состоянии собрать воедино.

— Никого я не держу. Вы сами приехали сюда. Я вас не звала. И ничего никому не обещала. Принц волен делать, что пожелает. Не стану я мешать ему, — чуть ли не плача, ответила я.

— Рад, что ты это понимаешь. Так сделай доброе дело. Отпусти его. Дай уехать отсюда. Скажи, что его обещание тебе больше не в силе. Не нужна тебе его помощь, и он не нужен. Так будет лучше. Верни мне брата, Дафна.