И вот сейчас эта ведьма вновь ускользнула. А ведь он был уверен, что идет за Анжелиной, из-за этого роскошного манто, в котором видел ее в прошлую субботу на базаре.

Розетта нашла в себе смелость укусить руку, плотно закрывавшую ее рот. Сеген на мгновение отдернул руку, и Розетта вновь отчаянно закричала. Мысли путались. Когда же все это закончится? Неужели она сохранила свою девственность, дав отпор недостойному отцу, чтобы теперь умереть после или до того, как ее изнасилует мерзкий негодяй?! Шорник повалил Розетту на землю и упал на колени. Девушка хотела воспользоваться мгновением, когда он отпустил ее, чтобы как можно дальше отползти, но Сеген схватил несчастную за щиколотку и притянул к себе, словно тряпичную куклу.

— Ты дьявол во плоти! — рычал он. — Сейчас я тебя хорошенько проучу!

Он обхватил шею Розетты двумя руками и сжал ее. Лишенная воздуха, девушка потеряла сознание.

Сен-Лизье, улица Мобек, в то же время

Довольная Анжелина еще раз оглядела кухню: комната была чистой и нарядной благодаря букетам остролиста и ярко пылающему камину. Она переложила картошку на железный противень и поставила в печь, чтобы та не остыла. Через определенный промежуток времени Анжелина поворачивала вертел и гусь равномерно прожаривался. Каждый раз, когда она протыкала тушку острием ножа, из гуся вытекал розовый сок.

«Мясо должно приобрести коричневый цвет и быть сочным… Птица будет готова как раз к ужину. Папа и Жермена придут в семь часов».

Прежде чем подняться в свою комнату, чтобы причесаться и переодеться, Анжелина посмотрела на небольшие круглые часы на буфете.

«Розетта придет минут через десять, — прикинула Анжелина, поскольку точно знала, сколько времени занимает дорога до дома Форов и обратно. — Если, конечно, не задержится…»

С равнины, простиравшейся к северу до самой Тулузы, дул сильный ветер. И, хотя стены дома были толстыми, Анжелина явственно ощущала его порывы.

«Слава богу, я дала Розетте свое манто, — подумала Анжелина. — Оно теплое, Розетта не замерзнет. Готова поспорить, что завтра подморозит».

Оставив мысли о прическе, Анжелина подошла к камину. Она успеет привести себя в порядок, когда Розетта вернется. В доме было тепло и спокойно, но Анжелина почему-то начала волноваться. «Это сильнее меня, — оправдывалась она. — Едва я представлю, как Розетта идет в ночи совсем одна, так сразу же вспоминаю о трагической судьбе Люсьены и Марты, хотя в нашем краю с самого лета не было ни одного преступления. Мне все время кажется, что эти события произошли так давно и вместе с тем недавно. Наверное, потому что я была причастна к этим жутким драмам. Но сейчас ни в журналах, ни в газетах нет ни слова об этих преступлениях. Последний раз я читала о них в конце августа. Тогда было высказано предположение, что это могли сделать два разных человека, хотя между преступлениями просматривается связь».

Тем не менее, одним из подозреваемых оставался Луиджи, бегство которого все расценивали как своего рода признание. «Все указывало на Луиджи, но я не верю в его виновность, — говорила себе Анжелина. — Конечно, я могу ошибаться. Остается только надеяться, что убийца покинул наши края и больше никогда сюда не вернется, будь то Луиджи или кто-нибудь другой. Я напрасно волнуюсь. Сейчас еще не поздно, по улицам ходят люди. К тому же наш мэр распорядился установить дополнительные газовые рожки. Увы, стоят самые короткие зимние дни, а дорога в Сен-Жирон освещена плохо».

Вздохнув, Анжелина прислушалась в надежде различить сквозь яростный вой ветра быстрые шаги по плитам двора.

«Выгляну на улицу», — решила Анжелина, поддавшись безотчетной тревоге.

Она зажгла керосиновую лампу и, накинув платок, вышла из дома.

— Спаситель? Где ты, моя собака? — позвала молодая женщина. — Спаситель? О нет! Калитка неплотно закрыта. Он убежал! Негодник!

Анжелина вышла на улицу и стала пристально вглядываться вдаль. Никого. Ни возвращающейся Розетты, ни овчарки. Между двумя порывами ветра ей показалось, что откуда-то донесся приглушенный лай. «Куда же Спаситель мог побежать?»

Накануне отец предупредил Анжелину, что у собаки кузнеца началась течка и поэтому надо усилить бдительность. Анжелина в отчаянии побежала к арке. «Раз уж я оказалась на улице, надо пойти Розетте навстречу. Конечно, маловероятно, но, может, она встретила Спасителя».

Тонкий слой снега, устилавший мостовые, начал замерзать. Анжелина заметила крупные следы. Оставить их мог только Спаситель. Она пошла по следам, но из страха упасть была вынуждена замедлить шаг. Дойдя до конца улицы Нобль, она вновь услышала далекий лай. Площадь с фонтаном была пустынной.

— Розетта! Спаситель! — закричала Анжелина, которой все сильнее овладевала паника.

Происходило что-то ужасное, Анжелина это инстинктивно чувствовала. Неописуемой тревогой проникалась каждая клеточка ее тела. Она обогнула мраморную чашу фонтана, чтобы срезать путь и поскорее добраться до дороги, ведущей в Сен-Жирон. Правая нога заскользила, и Анжелина упала, растянувшись всем телом. Из собора вышел мужчина. Он увидел женщину и бросился к ней.

— Анжелина!

— Папа! О, папа! — простонала она, поднимаясь.