— Я в вашем распоряжении, — тихо сказала Анжелина. — В котором часу я вам понадоблюсь? И в каком зале?

— Приходите в мой кабинет в пять часов. У одной из моих пациенток схватки продолжаются со вчерашнего вечера. Я боюсь, что там ягодичное предлежание плода. Но я отказываюсь делать кесарево сечение, поскольку уровень смертности в этом случае остается по-прежнему ужасающим[32]. Прошлым летом одному из моих коллег удалось провести успешную операцию, но после скольких неудач! Когда вы помогали своей матери, ей наверняка приходилось сталкиваться с ягодичным предлежанием. Что в таких случаях она делает?

Казалось, доктор Кост интересовался искренне. Он с нетерпением ждал ответа.

— В своем личном деле я не указала, что моя мать, Адриена Лубе, умерла, — призналась Анжелина. — Трагический несчастный случай. Это произошло два года назад. Да, я видела, как она принимала роды, когда ребенок шел ягодицами. Для нее это не было особой проблемой. Довольно часто ей даже удавалось различными манипуляциями перевернуть ребенка перед самими родами. Она была очень известной, умелой повитухой, внушающей доверие. Я хочу быть достойной ее.

Доктор добавил:

— Если у вашей матери были такие же руки двенадцатилетней девочки, как у вас, то ее ловкость и отвага меня ничуть не удивляют. Это очень важная деталь!

И он с горькой улыбкой протянул к Анжелине свои руки.

— Посмотрите на эти орудия, предназначенные, скорее, держать плуг или кузнечный молот! Но я приспособился. Возвращайтесь в здание, вы же замерзли!

Нежные нотки в голосе мужчины, заботу, которую он проявлял о ней, ласковый взгляд ободрили Анжелину. Доктор Кост может стать ее союзником при условии, что она будет держаться на расстоянии.

— Спасибо, — прошептала Анжелина.

Акушер с облегчением вздохнул, глядя ей вслед. Если бы девушка постояла под деревом еще несколько минут, он не удержался бы и обнял ее, прижавшись своими губами к ее губам. Ведь как известный врач он был хозяином положения. В начале карьеры у доктора Коста была любовница, молоденькая медсестра, сразу же уступившая его желаниям.

«Анжелина Лубе не принадлежит к числу легкодоступных женщин, — думал он. — Но я завоюю ее, даже если придется потратить на это несколько недель. Игра стоит свеч, как говорил мой отец».

В столовой Анжелину ждал неприятный сюрприз. Магали встретила ее насмешливой улыбкой.

— Бедняжка Лубе! — воскликнула она. — Наша начальница спрашивала, куда ты исчезла. Мы с Жюстиной искали тебя, но нам не повезло. Ты получишь выговор.

— Что?! — воскликнула ошарашенная Анжелина. — Выговор за то, что я вышла погулять в парк перед обедом? Мадам Бертен перегибает палку. Я не нарушила дисциплину.

— Мне очень жаль тебя, — вмешалась Жюстина. — Но Магали говорит правду. Вскоре ты сама все узнаешь. Мадам Бертен принимает роды у одной пациентки. Дезире и Одетта находятся в родильном зале. Садись и поешь, сегодня свиные ножки и пюре.

Анжелина села за стол, но вид жирного блюда с резким запахом чеснока вызвал у нее отвращение. Она положила себе немного свекольного салата. Внутри у нее все кипело.

— Кроме шуток, красавица, где ты была? — спросила Магали наигранно любезным тоном.

— Я была в парке, около домика, в котором живут садовники. Холодный воздух помог мне успокоиться после этой глупой истории с манекеном.

— Не расскажи этого мамаше Бертен! — прошептала Жюстина. — Это место тайных свиданий, там ученицы встречаются с мужчинами. Если возникнут подозрения, что ты была с кавалером, тебя отчислят.

— Благодарю вас обеих, очень любезно с вашей стороны, что предупредили меня. Я уверена, что мадам Бертен питает ко мне неприязнь, хотя и не понимаю, почему.

— Возможно, она не любит рыжих, — смеясь, предположила Магали.

— Замолчите! — воскликнула Арманда, которую раздражал ее разбитной характер и развязные манеры.

— О! Ты, вдова, полегче на поворотах, — пригрозила Магали. — Что, нам уже и посмеяться нельзя?

С высоты своих тридцати двух лет вдова смотрела на девушку с нескрываемым презрением.

— Мне очень жаль вас, бедная девушка, — сказала она. — Вы никогда не получите диплома. Повитуха должна уметь вести себя.

Вопреки всем ожиданиям, Магали уткнулась в свою тарелку. Потом она вдруг встала и выбежала в коридор. Вскоре до учениц донеслись ее рыдания.

— Мы все на нервах, — сказала Анжелина. — Вместо того чтобы ссориться, нужно объединиться, помогать друг другу, а зависть и ревность оставить на потом.

— Ты права, — поддержали Анжелину Жанина и Люсьена.

Втроем они поспешили в коридор, чтобы утешить Магали. Сначала та оттолкнула их, но потом бросилась в объятия хрупкой Жюстины.