Дженни вцепилась в его руку. Лицо её стало белым.

— Он приедет, да?

— Обязательно, — сказал лорд Лукас, — но он ничего не сможет нам сделать. Потому что вы — моя жена. И это уже невозможно изменить.

Наутро в доме появились три молодых крепких лакея, а пожилой кучер был отправлен на конюшню ухаживать за лошадьми. Вместо старого кучера появился новый — высокий, молодой и с косой саженью в плечах. Дженнифер смотрела на этих новых людей, которым в доме было по большому счету делать нечего, потому что старые слуги никуда не делись. Новые сидели во дворе, болтали и бездельничали. Однако лорда Лукаса полностью устраивало их поведение.

Через день привезли огромную овчарку. Собаку выпускали во двор без цепи. Дженни побаивалась такой огромной собаки, но та оказалась вполне дружелюбна. Собака целыми днями сидела вместе с лакеями, точно так же ничего не делая и даже не поворачивая голову, если кто-то чужой входил во двор.

Вид собаки лорду Лукасу ещё больше понравился. Он почесал её за ухом, будто это была его собака, и что-то долго рассказывал новым лакеям. Те кивали и поглядывали на пса.

Выходили из дома теперь кавалькадой. Вместо открытой коляски лорд Лукас приказал использовать закрытую карету, и лакеи сидели на запятках и рядом с кучером. Если же шли пешком, то лакеи постоянно путались под ногами. Один шёл впереди, два позади, и Дженни все это казалось смешным и глупым.

— Зачем нам эти люди? — удивлялась она, — неужели ты думаешь, что граф решится на похищение?

Лорд Лукас пожимал плечами.

— Я не знаю, что будет делать мой отец. Но лучше быть уверенным, что все его действия не будут иметь последствий. Он знает, где мы живем, а это нарушает моё спокойствие и чувство безопасности.

— Тогда давайте переедем? — Дженни заглянула ему в глаза.

— Нет в переездах смысла, — ответил лорд Лукас, — спрятаться не удастся. Все равно рано или поздно нас найдут, даже убеги мы в горы Аргентины. Лучше принять бой, чем жить в вечном страхе. Но мы должны быть готовы к бою.

Вся эта готовность к бою ужасно нервировала Дженнифер. Она стала чаще выглядывать в окно, она стала реже выходить из дома, и даже прогулка в парке больше не привлекала ее. Какой интерес ходить там в окружении охраны? Все только будут пялиться на них, и судачить за спиной.

То, что лорд Лукас был прав, Дженнифер узнала в одну из ночей, когда проснулась от лая собаки. Двор, который лорд Лукас приказал держать всю ночь освещенным, представлял собой поле боя между их лакеями и двумя незнакомцами, которые взломали калитку и оказались прямо перед заходящимся лаем псом. Нарушителей выдворили обратно на улицу, после чего в окна полетели булыжники. Тогда один из лакеев выпустил собаку на улицу, раздался лай, крики, топот ног, и все затихло. Пес вернулся с видом победителя, а лорд Лукас спустился вниз и выдал их охране по золотой монете, а псу — целую цесарку из ледника.

— Разведка боем была произведена, — сказал он, ложась обратно в постель и прижимая к себе перепуганную Дженни, — будем ждать основных сил противника.

Основные силы подтянулись через несколько дней. Атака была произведена хитро, из засады.

Все началось с того, что однажды утром в дом постучали. Дворецкий открыл дверь, впуская в дом самого графа Вортон.

Дженнифер, которой доложили о его прибытии, сначала хотела спрятаться за пианино, и только взгляд лорда Лукаса не позволил ей этого сделать. Лорд Лукас принял отца, как подобает хорошему сыну, поклонился, представил леди Дженнифер, как свою жену.

Граф тоже поклонился, и даже поцеловал Дженни руку, которую та с огромным трудом не отдернула. Казалось, это обычная семейная встреча, ничем не привлекательная. Лорд Лукас заговорил о погоде в Уэльсе, а граф сообщил, что мистер Эриксен ищет новую семью, где требуются его услуги.

— Желаю удачи мистеру Эриксену, — сказал лорд Лукас, — он очень хороший гувернер, кому-то повезет с ним.

— Начинается сессия парламента, — граф был предельно вежлив, — я думаю, что мы с вами встретимся ещё не раз на разных увесилительных мероприятиях. К сожалению, сессию нельзя пропустить. Проводить весну в Уэльсе намного приятнее.

С этим лорд Лукас тоже был согласен.

Разговор зашёл в тупик, но граф снова поддержал его. Его смуглое лицо казалось Дженнифер лицом демона, одетого в строгий костюм джентельмена. Она молилась только о том, чтобы он поскорее ушел. И благодарила Господа, что сумела избежать с ним брака. Если бы не лорд Лукас, она была бы графиней Вортон, и страх перед мужем был бы единственным чувством, которое она пронесла бы через всю жизнь. Разве она могла бы лечь с ним в постель? Разве она могла бы слово сказать поперёк его слову? Страх — только страх двигал ею, когда она отказывалась рядом с этим человеком, и даже имя его пугало её до дрожи в коленях.

О чем говорили отец и сын, Дженни в какой-то момент упустила. Да, она знала, что за дверью стоят молодые лакеи, готовые сделать все, что она прикажет, но граф был хитер. То, что её страх перед ним был обоснован, Дженни убедилась уже в следующий момент.

Рывок графа Вортон в её сторону прозевали все. Лорд Лукас, который только и успел, что дернуться к Дженни, лакеи, вбежавшие в комнату слишком поздно, и сама Дженнифер, которая в какой-то момент оказалась в объятьях графа, а к уху её был приставлен маленький чёрный пистолет.