— Коа? Нет, он весь ваш. Давайте, берите его.

Они обмениваются несколькими шокированными взглядами, а затем разражаются хохотом. Одна из них хлопает в ладоши, почти не веря.

— Правда? Ты говоришь, что он свободен?

— Совершенно свободен. — Слова, вырвавшиеся у меня изо рта, имеют горький привкус, но я пробиваюсь сквозь него. — Я его не удерживаю.

В тот момент, когда произношу эти слова, чувствую острый укол сожаления.

Но не показываю этого. Просто смотрю, как девочки, возбужденно хихикая, пробираются к нему. И к моему удивлению — нет, к моему ужасу — Коа, кажется, не возражает.

Он действительно взаимодействует с ними. Улыбается, смеется, его глаза загораются так, что это ощущается как пощёчина мне.

Какого черта?

Внутри меня вспыхивает ревность, горячая и яростная. Мне не нравится, что он выглядит таким чертовски невозмутимым. Он наслаждается вниманием, а я стою здесь и чувствую себя идиоткой, которой не все равно. На секунду теряю способность мыслить здраво, внутри меня закипает ярость.

Мне нужно что-то сделать. Что угодно, чтобы отомстить ему.

Бросаю взгляд на Шарля. Я кокетливо улыбаюсь ему, делаю шаг ближе, не успеваю оглянуться, как мы уже танцуем. Мое тело движется в ритм музыке, бедра покачиваются, я стараюсь, чтобы Коа видел.

Я танцую, возможно, ужасно, с Шарлем, только по одной причине — чтобы разозлить Коа.

Время от времени бросаю взгляд на Коа. Он все еще сидит в баре, но выражение его лица изменилось. Он больше не смеется с девушками.

Его челюсть сжата, глаза сужаются, он смотрит на нас с Шарлем.

Хорошо. Я хочу, чтобы он почувствовал то же, что и я.

Я чувствую, как кипит его гнев в другом конце комнаты, как он следит за каждым моим движением.

Это должно заставить меня чувствовать себя хорошо, возможно, даже удовлетворенной тем, что я добилась от него нужной реакции. Но вместо этого внутри меня закручивается что-то тугое и тревожное. Я не такая.

Не играю в такие игры, но вот я здесь, танцую с Шарлем, пытаясь заставить Коа что-то почувствовать.

Шарль наклоняется ближе, шепчет что-то, что я едва улавливаю в грохоте музыки его густом акценте, не успеваю я опомниться, как он тащит меня к задней части паба.

Колеблюсь, оглядываюсь, но Коа все еще стоит у бара и смотрит на нас так, будто хочет разорвать парня на части.

На секунду думаю о том, чтобы вырваться, но рука Шарля крепко держит меня за запястье, я спотыкаюсь в тёмном уголу задней комнаты еще до того, как успеваю осознать происходящее.

— Подожди… — начинаю я, мой голос дрожит, пытаюсь отстраниться, но он не слушает. Его руки внезапно оказываются повсюду, грубые и быстрые, задирают мою одежду, а его рот без предупреждения приникает к моему. — Нет! — бьюсь о его грудь, паника поднимается в горле, но он сильнее, чем я ожидала. Мое сердце бешено колотится, дыхание становится поверхностным, когда я пытаюсь оттолкнуть его. — Остановись!

Он не останавливается. Вместо этого прижимается сильнее, его руки блуждают там, где им не место, и меня охватывает страх. Мой разум теряется, оказавшись в ловушке растущего ужаса момента.

Внезапно я слышу знакомый голос — рев ярости.

— Коа? — успеваю вздохнуть я, как Шарля отрывают от меня, тело отлетает назад к стене с сильным ударом.

Коа в мгновение ока оказывается на нем, кулак врезается в лицо Шарля. Один удар, затем другой, и каждый наполняется яростью, которую я никогда раньше в нем не видела.

Шарль падает на пол, стонет от боли, но Коа не останавливается.

Он собирается уничтожить его, а я думаю только о том, что он убьет его, если ничего не сделаю.

— Коа, остановись! — бросаюсь вперед, хватаю его за руку, мой голос срывается. — Пожалуйста, остановись!

Он приостанавливается, тяжело дыша, грудь вздымается, когда он стоит над Шарлем. В глазах дикая ярость, мышцы челюсти сжаты так сильно, что кажется, они могут лопнуть. Затем поворачивается ко мне, интенсивность его взгляда заставляет меня отшатнуться назад.

— Он, блять, трогал тебя, Мэл! — Его голос грубый, полный яда. — Ты хоть понимаешь это?

Я вздрагиваю от его слов, мое сердце колотится уже по другой причине.

Не знаю, что ответить, мои мысли все еще путаются от того, что только что произошло.

Но прежде чем успеваю заговорить, Коа отталкивает от себя Шарля, его тело дрожит от едва сдерживаемого гнева.

Не говоря ни слова, хватает меня за запястье и проносится мимо, увлекая за собой.

Я спотыкаюсь, едва поспевая за его длинными злыми шагами, когда мы пробираемся сквозь толпу, выходим из паба на прохладный ночной воздух. Мое запястье болит, от того как он его сжимает, но ничего не говорю. Да и не думаю, что смогла бы, если бы захотела.