Раскрытая ладонь, основанием которой толкнул его немец, должна была бы принадлежать античной статуе. Из почерневшей от времени бронзы. Такой тяжёлой, что готы не смогли увезти её - и просто сделали в древнем мавзолее часовню. А древний проконсул забытого года забытой римской славы стал аррианским святым.

Позже, Дюпре признался, -только себе, только про себя!
– что получив такой привет от немца, он бы не удержался на ногах даже крепко стоя на ровной земле и ожидая его.

Какого чёрта этого адского пса так ласково называют Капелькой !? Или не его? От Хотя, конечно, если эта тяжёлая и жгучая капелька расплавленного металла принадлежит огненно- жёлтому, не могущему застыть от жара стенок тигля бронзовому расплаву…. То всё на месте.

А сейчас он катился по металлическим ребристым ступеням, сбивая в кровь лицо.

Дюпре попытался за что-то схватится - но тут же последовало наказание. Носком американского пехотного ботинка, догнавший несчастного француза Крофт, шарахнул его, уже протянушего руку к стойке ограждения, так так, что бедняге показалось, что в его печень ударила молния.

….

Огромная черная туша перевалилась под бортом “Рианны”. За ней ещё одна - чуть поодаль.

“Либерти” вздрогнул от касаний огромного чёрного лоснящегося от влаги и жира тела, которое не выказывая страха перед кораблем, чесалось о его покатые борта.

Все кто, был на палубе, бросили занятия, побежав к правому борту. Сама смерть лениво выдыхала пятиметровые фонтаны воды…

В десяти кабельтовых из моря показалась огромная треугольная голова, сделавшая огромный, похожий на скрежет континентальных плит, вдох.

Гроссвалуры, - лениво прокомментировал, опустив собранную из измочаленных верёвочных концов, кисть Дюпре. Он одурел от запаха испаряющейся белой краски и теперь отдыхал, подставив изнывающее от жары лицо свежему ветру с океана. И переведя взгляд с блиставшей синевой спокойной поверхности океана, на поспешившего куда-то, - К полковнику побежал. Сейчас упражнения по стрельбе будут

Кто?

Даллесон посмотрел на него, округлив глаза.

Касатки Гофмана. Три быка. Двое молодых. Шесть самок. И здешний король. Вожак стада.

Гигант- француз с презрением оглядел низкорослого бритта.

Ты точно моряк - как ты и говоришь, - англичанин?

Глаза Даллесона сверкнули, кулаки сжались, но что он мог сделать

Я никогда не ходил южнее широты Глазго!
– огрызнулся он, - Разве до войны. В 35-ом, когда был вторым помощником на “Орианде”. С углём, на Фолкленды. И тогда там этой черной глотки не было!

Содрогания “Рианны” прекратились. Но на место одной, избавившейся от паразитов твари( Перегнувшись через серый фальшборт можно было заметить в гладкой чёрной шкуре рваные раны, открывавшие жгучей солёной влаге серое, мокнущее китовое мясо -там, где шкуру чудища основательно поели китовые вши, залезавшие друг другу на головы, розовые, прозрачные рачки размером с ладонь. Или это были, особенно поближе к дыхалу, глубокие дыры - это,как услужливо объяснил Дамье, видевший, что ненавистный cochon anglaise готов “похвалиться харчами”, означало, что там пустили свои корни похожие на пульсирующие мягкие коричневые желуди раковины-паразиты, кормящиеся кровью хищника, - тут же подошла другая.

Несчастный войсковой транспорт буквально насиловала огромная тварь.

А…- Дамье , вроде бы успокоился, - Ну тогда их там и не было.

Он помолчал немного.

– Это,значит, после войны появились. Янки нашли каких-то древних крокодилов во льдах. Значиться, думали они подохли - и разморозили. Чтоб, значит,кусочек. Только вот оно как оказалось. Слыхал, что жабы в лёд вмерзают -и не дохнут?
– Даллесон кивнул,- Так вот, эти тоже. Ничерта не дохлые оказались. Так ещё одна из них- с икринками,значит была. С завязью. И пошло.

Я был готов поклясться, - глядя на фонтан на горизонте, признался Даллесон- Что это киты. Какие-то странные…

Он собрался с мыслями. Ему было тяжело признаться этому сильному и агрессивному французу,что он выбрал спокойную жизнь. Тогда бы пришлось объяснять какого чёрта его опять понесло за полковником, если ему повезло выжить, повезло не растратить и повезло удачно вложить свои деньги.

Возможно, дело было именно в том, что за ним пришел сам полковник. А так бывало далеко не всегда. А это льстило...