– Мистер Олифант, – возвестил камердинер. – Пришла телеграмма, сэр. Вас срочно вызывают.

* * *

Машина Особого отдела неслась с бешеной скоростью, а ее обтекаемые обводы могли бы вызвать зависть и у самого Патерностера, однако Олифант, привыкший к более традиционным способам передвижения, ощущал себя в этом чуде техники весьма неуютно; охватившая его тревога возрастала с каждой минутой.

Они мчались вдоль Сен-Джеймсского парка, голые черные сучья мелькали мимо, как уносимый ветром дым. Шофер – лица его не было видно за огромными защитными очками – явно наслаждался стремительным полетом, получал откровенное удовольствие, распугивая лошадей и пешеходов низким басовитым гудком. Кочегар, крепкий молодой ирландец, маниакально ухмылялся и все подбрасывал в топку кокс.

Олифант не знал, куда его везут. Теперь, когда они приближались к Трафальгарской площади, уличное движение заставляло водителя непрерывно тянуть за шнурок, оглашая улицу улюлюкающим воем, похожим на горестные стенания неведомого морского чудовища – хотя кто может сказать, как оно там стенает? Услышав этот звук, все прочие экипажи уступали им дорогу, расступались, как Чермное Море пред Моисеем. Полисмены отдавали честь. Беспризорники и метельщики кувыркались от восторга, когда мимо них с грохотом проносилась скользкая жестяная рыба.

Темнело. Свернув со Стрэнда на Флит-стрит [137], водитель притормозил и нажал рычаг, выпустив в воздух мощную струю пара; машина прошла юзом еще несколько ярдов и замерла.

– Вот, сэр, полюбуйтесь. – Водитель поднял очки на лоб и вглядывался вперед сквозь изрядно поцарапанное ветровое стекло. – Ну как вам это нравится?

Улица была полностью перекрыта. За деревянным, густо увешанным фонарями барьером стояли хмурые солдаты в полевой форме, с карабинами “каттс-модзли” наперевес. Дальше виднелись большие брезентовые полотнища, укрепленные на высоких деревянных стояках, словно кто-то вознамерился возвести ярмарочный балаган прямо посреди мостовой.

Кочегар вытер лицо фланелевой тряпкой в горошек.

– Скрывают что-то от прессы.

– Самое место, – хмыкнул шофер.

– Мы ее нашли, – мрачно объявил подошедший к машине Фрейзер.

– И попутно устроили целый балаган. Неужели нельзя было обойтись без этих резервов главного командования?

– Мало здесь веселого, мистер Олифант. Вам лучше бы пройти со мной.

– Беттередж приехал?

– Не видел. Сюда, пожалуйста.

Фрейзер провел его за барьер. Стоявший у прохода солдат коротко кивнул.

Олифант увидел вдалеке очень усатого джентльмена в компании двух сотрудников столичной полиции.

– Это Холлидей, – заметил он, – шеф “Криминальной антропометрии”.

– Да, сэр, – кивнул Фрейзер. – Они тут повсюду. Взломан Музей практической геологии. Королевское общество гудит, как осиное гнездо, и этот проклятый Эгремонт будет завтра кричать во всех утренних выпусках о новой луддитской вылазке. Если нам в чем и повезло, так это что доктор Мэллори вовремя уехал в Китай.

– Мэллори? А он-то тут каким боком?

– Сухопутный левиафан. Миссис Бартлетт и ее бандиты попытались стащить его череп.

Они обогнули одну из брезентовых загородок; грубая ткань через равные промежутки была проштампована клеймом Артиллерийского управления.

Завалившийся набок кэб, черная лакированная обшивка прошита строчками пулевых пробоин; рядом, в широко расплывшейся луже крови – мертвая лошадь.

– С ней было двое мужчин, – сказал Фрейзер. – Трое, если считать труп в музее. Кэбом правил американский беженец по фамилии Рассел, здоровенный громила, проживавший в “Семи циферблатах”. Второй – Генри Дис из Ливерпуля, опытный взломщик. Я сам раз десять брал этого Диса, когда еще служил, но в последнее время он куда-то пропал. Их положили туда, сэр. – Он кивнул вправо. – Судя по всему, Рассел ввязался в ссору с настоящим кэбменом – не поделили, кто кому уступит дорогу. Уличный регулировщик попытался вмешаться, и тогда Рассел вытащил пистолет.

Олифант не мог отвести взгляда от перевернутого кэба.

– Регулировщик был без оружия, к счастью, мимо проходили двое детективов с Боу-стрит...

– Но что стало с кэбом, Фрейзер...

– Это уж армейский броневик постарался, сэр. Последний из временных гарнизонов стоит как раз у Холборнского виадука. – Он помедлил. – У Диса была русская картечница...

Олифант потрясенно покачал головой.

– Восемь гражданских отправлены в больницу, – продолжил инспектор. – Один детектив убит. Идемте, сэр, лучше уж закончить с этим поскорее.

– А к чему загородки?

– По требованию “Криминальной антропометрии”.

Олифанта охватило странное оцепенение, все происходящее казалось кошмарным сном. Он позволил провести себя туда, где стояли трое прикрытых брезентом носилок.

Лицо Флоренс Бартлетт превратилось в сплошное месиво.

– Серная кислота, – пояснил Фрейзер. – Пуля разбила бутылку, или что уж там у нее было.

Олифант торопливо отвернулся и прикрыл рот платком, еле сдерживая позыв тошноты.

– Прошу прощения, сэр, – сказал инспектор. – Вам не стоит смотреть на остальных.