Они начали встречаться и целый год проводили вместе свободное время, которого у Миронова было не очень много. Он не скрывал от Вари своих амбициозных планов и даже сейчас помнил, какие у нее тогда были сияющие и счастливые глаза. В своих мечтах Варя уже видела его успешным врачом и бизнесменом, а себя, его жену, счастливой и успешной актрисой на подмостках в свете рампы.

А что? У пластического хирурга масса знакомых, ведь известно, что актеры и режиссеры не жалеют денег на себя и свою внешность, а значит, кто-то из пациентов Виталия сможет поспособствовать Вариной артистической карьере.

Через год они поженились и стали жить вместе в съемной, а затем и в небольшой квартирке, доставшейся Виталию по наследству. Варя ходила в свой ненавистный вуз, Виталий методично штудировал учебники по хирургии и прочую литературу, необходимую для поступления в аспирантуру.

В какой-то момент Варя поняла, что до воплощения ее мечты в жизнь еще очень долго, лет десять, не меньше. Виталий не знал, но стал замечать, что она начала тяготиться и убогостью их скромного жилья, и вечным безденежьем, и его постоянным отсутствием дома, и тем, что блестящая и красивая повседневность никак не наступает.

Она отчаянно скучала, а он не мог ее развеселить, потому что много работал и учился, сильно уставал и постоянно хотел спать. А потом Варя вдруг вздумала ревновать к Марине. Той самой Марине, которая подкармливала его на дежурствах. Это было так глупо! Они с Мариной просто дружили, ничего больше. Ревновать к ней было так же нелепо, как к заведующему отделением Ивану Максимовичу Калинину, пятидесятидвухлетнему доктору наук с седой бородой и уже лысеющей головой. Но Варя ревновала, и Миронов ужасно злился.

Она улетела в Америку, и он даже обрадовался, что месяц сможет поработать в тишине и покое, не видя постоянно перед собой ее недовольное лицо с надутыми губами. Она звонила редко, чтобы не тратить денег родителей Тима, жениха ее подруги Светки. Только сообщила, что долетела и расположилась, а потом уже позвонила через месяц, чтобы сказать, что задержится, потому что дата свадьбы не определена, а ей просто необходимо быть подружкой невесты.

Третий раз Варя вышла на связь еще через два месяца и холодным тоном сообщила, что пока поживет в Америке.

– А институт? – не понял Миронов. – А родители?

Ему даже в голову не пришло спросить про себя. Так мало она для него значила.

– А что институт? Я терпеть не могу эту филологию. И в школе работать не собираюсь. Меня дети бесят. А родители… Они уже привыкли жить без меня. Какая разница, где я, в Москве или в Америке. Для них это вообще одинаково. Примерно как на Луне.

– А я? – наконец догадался спросить Виталий. – Ты ко мне собираешься возвращаться?

– А тебе и без меня нормально. Вон, прожил же как-то три месяца. Наверное, не очень-то и скучал. Или тебе твоя зраза-зараза помогала? Утешала тебя? Поддерживала?

– Какая зраза-зараза? – не понял Виталий. – Ты про Маринку, что ли? Варя, ну сколько можно тебе объяснять, что между нами ничего нет.

– А мне не надо ничего объяснять. И мне без разницы, кто там тебя кормит и с тобой спит. Я остаюсь в Америке. И точка.

– Ладно. Но когда ты вернешься?

– Не знаю!

Она больше не звонила, лишь через год прислала письмо, в котором уведомляла, что он может больше не считать ее своей женой, поскольку в Москву она не вернется. К тому времени Миронов уже закончил первый курс аспирантуры и сдал все кандидатские минимумы, параллельно поступил заочно на экономический факультет Российского университета медицины и там же проходил специализацию по пластической хирургии.

Без жены совмещать все это было значительно проще, да и деньги теперь уходили не на стопятидесятые новые туфли или ненужную куцую шубку из кролика, прикидывающегося шиншиллой, а на обучение. Конечно, как любому здоровому молодому мужчине, ему нужны были близкие отношения с любимой женщиной, но и тут на выручку пришла все та же Марина.

Однажды она пришла к нему в ординаторскую, когда они совпали ночными дежурствами, и предложила сделку:

– Виталик, мы оба хотим стать настоящими профессионалами, поэтому у нас нет времени на личную жизнь. Но нам нужна разрядка, причем регулярная, без случайных сомнительных связей и связанных с ними проблем. Я понимаю, что мы с тобой не любим друг друга, но мы друзья и у нас полное взаимопонимание. А раз так, то, думаю, и в постели совпадем. Может, давай попробуем?

Они попробовали и действительно совпали, и с того момента встречались пару раз в неделю. Иногда у Миронова дома, но чаще в больнице, на дежурствах, и продолжалось это до тех пор, пока Марина буднично не сказала, что ждет ребенка.

К тому моменту Миронов уже получил то самое письмо от Вари, в котором она сообщала, что он может считать себя свободным, поэтому, как порядочный человек, он нашел знакомых, которые на основании Вариного письма, а еще, разумеется, за немалые деньги выдали ему свидетельство о разводе.