Мила в два шага подошла к бабушке и села на пол, обняв её хрупкие колени, которые тряслись от напряжения, она отважно сидела, даже не морщась от боли, которую ей доставляла эта страшная болезнь.

— Бабушка, — всхлипывая, шептала Мила, не зная, что сказать и как себя вести.

Бабушка молчала, но было видно, что она пытается выдавить из себя хотя бы один звук.

Мила поняла, что никакое лечение уже не поможет и не вылечит её любимую бабушку. И она приехала слишком поздно. Слёзы пропитали своей влагой бабушкину ночную сорочку, но она даже не отреагировала на внучкины слёзы.

— Прости меня, — прошептала Мила, обвиняя себя в том, что редко прилетала и тем самым возможно приблизила неизбежный конец.

В комнате пахло смертью. Горем. Болью утраты и неизбежностью конца. Сердце Милы разрывалось на миллион частиц и сгорало не долетая земли.

Жизнь в эту секунду остановила свое движение. Чуда не произойдет. Всё кончено. Самый важный человек в её жизни умирал, а она так мало говорила, что любит её, так мало показывало это. Так хотелось кричать, бить кулаками о стены, но всё было уже бессмысленно.

Мила сидела у постели умирающий весь вечер и всю ночь. К утру она уже не могла бороться со сном и уснула, сидя на стуле, крепко держа бабушкину руку.

— Мила, её больше нет, — разбудил дедушкин голос.

Она резко очнулась и поняла, что сжимает уже ледяную руку. Слёзы снова хлынули из её воспаленных глаз и Мила начала кричать, что есть сил. Так не хотелось верить во всё это.

Она пыталась себя ущипнуть, проснуться, понять, что это всё лишь страшный сон и такого не может быть в её жизни. Но было слишком поздно. Она успела лишь на последнюю встречу.

Мила знала, что эта утрата оставит пустоту в ее жизни, но также понимала, что бабушкина любовь и мудрость будут сопровождать ее всегда. Она поцеловала бабушку в холодный лоб, а затем тихо произнесла слова, которые были полны любви и благодарности: «Я буду помнить тебя всегда».

ДЖЕЙ

Он не знал, как отреагирует Мила, когда откроет ему дверь. Его буквально лихорадило от предвкушения сжать её в своих объятиях и увезти куда подальше от Роджера и её прошлой жизни.

Нажав на кнопку звонка, он не услышал по ту сторону двери ни звука. Постояв так ещё минут пять и нажимая на звонок, дверь медленно со скрипом отворилась.

На пороге стояла обнаженная девушка, которая ни секунды не смутилась, что стоит перед незнакомцем. Джея осенило, что Мила могла уже съехать с этой квартиры и он уже развернулся, чтобы уйти.

— Извините, видимо я ошибся квартирой… — замялся он, пытаясь смотреть девушке в глаза, а не на другие части тела.

— Ты к Роджеру? — спросила брюнетка, кокетливо проведя рукой по растрепанным волосам.

— Я вообще-то к Миле, но могу и к Роджеру, — заявил Джей, чувствуя, что волна ненависти его сейчас захлестнет.

— Он в отключке, но можешь попробовать его растолкать, — с этими словами девушка отошла от дверного проема, пропуская его войти.

В квартире пахло сигаретами, алкоголем и чем-то ещё, что явно нельзя употреблять. Проходя мимо кухни, он увидел ещё одну девушку, которая сидела на корточках над кофейным столиком и готовила себе дорожку из белого порошка.

Зайдя в спальню, Джей увидел голого Роджера, который мирно спал на животе. Одним рывком он поднял этого толстяка и пробил ему в челюсть.

— Ах ты чертов ублюдок! — Джей продолжал ему наносить удары по лицу и ребрам. С каждой каплей крови он зверел ещё больше и бил ещё сильнее, вкладывая всю свою ненависть за все дни, что Мила жила с этим чудовищем.

Девушки начали визжать как ненормальные, белые простыни пропитались кровью, а Роджер так и не придя в сознание отрубился пуще прежнего.

— Где его жена? — спросил Джей девушку, которая открыла ему дверь.

— Какая жена? — прикрыв наконец свое обнаженное тело полотенцем ответила она.

— Так, понятно. Вы здесь давно?

— Со вчерашнего вечера, но мы уже уходим.

Взяв свою одежду и маленькие сумочки девушки вылетели из квартиры как ошпаренные. Джей хотел найти признаки Милы в этой квартире, вещи, косметику, хоть что-то.

Ему нужно было знать, что она здесь не живет, потому что, если Роджер устраивает такие вечеринки будучи ещё ее мужем, он вернется и добьет этого урода.

Он как бешеный осматривал квартиру, пока не увидел сумку с фотокамерой, которую Мила почти всегда брала с собой.