Джей невольно улыбнулась, вспоминая свой захватывающий и поразительно реалистичный сон:

— Значит, они живы?

Луцык подозрительно поглядел на нее:

— А что с ними станется? Вот я себя чувствую неважно. Пивка бы…

— Алкоголизм приходит постепенно, но уходит очень неохотно.

— Знаю. Просто очень худо мне. Помираю. Не надо было напитки мешать.

— Выходит, мы вчера хорошенько набрались в «Сайгоне», а вся эта фигня про похищение и планету Карфаген была просто сном?

— Похищение? Планета? Ты это о чем?

— Забей. Телефон мой не видел?

— Нет.

— Можешь набрать?

Он достал из кармана мобилу, провел пальцем по экрану и поднес к уху:

— Абонент не абонент.

— Неужели похерила? Черт!

— Может, разрядился и куда-нибудь завалился. За диван, например.

— Навер…

Договорить Джей не успела. Неожиданная яркая вспышка ослепила ее, и она вновь отключилась.

Очнулась Джей от того, что кто-то тормошил ее за плечо. Она открыла глаза и в свете масляной лампы увидела встревоженное лицо Софии. Дети тоже были тут. Джей их не видела, но слышала испуганный плач.

— Джейн, очнитесь.

— Я — Джей.

— Простите.

— Ничего.

— Когда вы были без сознания, то улыбались. Привиделось что-то хорошее?

— Да. Я была дома.

А они находились в погребе. По бокам стояли стеллажи с различными банками. Было ощутимо холодно. Джей приподнялась и потерла озябшие ладони.

— Вот же Луцык гад, — она потрогала распухшую челюсть.

— Но вас ударил другой мужчина.

— Неужели? И кто же?

— Левша.

— Нехороший человек, — сквозь зубы процедила Джей. — А что там, наверху?

— Сначала было шумно. Крики, ор, выстрелы… А сейчас тихо.

— Надеюсь, мы не заперты снаружи?

— Нет. Сережа сказал, чтобы я изнутри закрыла погреб на засов.

— Это хорошо. Оружие есть?

София показала столовый нож.

Вдруг раздался треск ломающихся досок. Два кулака пробили деревянный люк погреба, разнеся преграду в щепки. Ворвалась толпа перепачканных кровью зомби. Последнее, что увидела Джей — это лица живых мертвецов, некогда бывших Остапом и Луцыком. Их хищные рты тянулись к ее шее…