— Рано или поздно она все равно узнала бы тебя, — спокойно ответил вечный странник. — А мне удалось всех нас спасти.

— Спасти?!

— Конечно. Если бы я не заговорил с Ксиомбарг, мы давно были бы в желудках Карманаль из Зерта. Я подумал, что она вряд ли тебя знает — для Богов все мы на одно лицо, — но увидев, как ты сражаешься, сразу поймет, кто ты такой. Я просто упредил события и заодно избавил нас он неминуемой опасности.

— А что изменилось? Теперь ее месть будет еще страшней. Скоро она вернется, и мы не сможем оказать ей сопротивление.

— Должен признаться, — спокойно сказал Джерри, — что я открылся Ксиомбарг еще по одной причине. Мне хотелось выиграть время. Скоро мы узнаем, что там такое движется.

Путешественники разом повернули головы в ту сторону, куда указывала рука Джерри-а-Конеля. Какой-то предмет летел по небу и гудел, сверкая в лучах неподвижного солнца.

— Что это? — спросил Корум.

— По-моему — воздушный корабль. Надеюсь, он прилетел, чтобы спасти нас.

— А вдруг его послала Ксиомбарг? — резонно возразил Корум. — Зря ты все-таки сказал ей, что я…

— Говорить правду легко и приятно, — весело ответил вечный странник.

Сложный узор из керамики и разноцветных эмалей покрывал голубой корпус воздушного корабля. Он приземлился, и гудение перешло в протяжный стон, похожий на человеческий, а в воздухе запахло миндалем.

Корум увидел медные перильца, железную, серебрянную и платиновую оснастку, причудливую рубку управления и почувствовал, как в душе его пробуждаются смутные воспоминания раннего детства. Внезапно с борта корабля кто-то спрыгнул и полетел.

Кот Базилий.

Корум вздрогнул, повернулся к Джерри-а-Конелю и рассмеялся. Кот замахал крыльями, уселся на плечо друга героев и сунул нос ему в ухо.

— Ты послал Базилия за помощью, когда на нас напала свора Хаоса! воскликнула Ралина. — Вот почему ты сказал Ксиомбарг, кто такой Корум! Ты ждал, что нас спасут, и тянул время! Джерри пожал плечами.

— Мне казалось, что помощь близка, хоть я этого и не знал.

— Откуда прилетела столь странная повозка? — спросил Король без Королевства.

— Конечно, из Города в Пирамиде. Я приказал Базилию во что бы то ни стало отыскать его, и, насколько я понимаю, кот меня не подвел.

— Как же ему удалось объясниться с жителями Небесного Города? — спросил Корум.

— В случае необходимости Базилий может разговаривать со мной. В случае крайней необходимости, он может разговаривать с кем угодно. К сожалению, ему приходится тратить слишком много сил на разговоры, и он очень устает.

Кот замурлыкал и лизнул хозяина в нос маленьким шершавым язычком. Джерри что-то прошептал ему и обратился к Коруму.

— Нам нельзя мешкать. Очень скоро Ксиомбарг задумается, с какой стати я открыл ей твое имя. Нас выручила ее запальчивость — недостаток многих Богов Хаоса, — но рано или поздно она поймет, что ее обманули.

По бортам воздушного корабля — не менее сорока футов в длину располагались удобные сиденья. Казалось, на нем никого не было, но не прошло и минуты, как из рулевой рубки вышел его капитан. Высокий, стройный, с узким черепом, пурпурными глазами и ушами без мочек, он, улыбаясь, подошел к Коруму, потерявшему дар речи от изумления.

— Здравствуй, Принц в Алой Мантии, — сказал вадагский капитан. Я прилетел, чтобы пригласить тебя и твоих друзей в Гвалас-кор-Гварус — единственное место во веем королевстве, где ты можешь чувствовать себя в безопасности.

Как в тумане поднялся Корум на борт воздушного корабля, а капитан продолжал улыбаться, глядя на недоуменное лицо своего соотечественника.

Они уселись на мягкие сиденья рядом с рубкой управления, и корабль поднялся в воздух. Ралина посмотрела вниз, на армию застывших воинов.

— Неужели беднягам ничем нельзя помочь, Джерри? — спросила она.

— Если Закон окончательно победит на наших измерениях, лорд Аркин, быть может, что-нибудь и придумает.

Они пролетали над морем колеблющейся слизи, которая то и дело выкидывала в небо щупальца, пытаясь схватить воздушный корабль. Иногда на поверхности ее появлялись чьи-то лица, вздымались руки, словно моля о пощаде.

— Море Хаоса, — объяснил Норег-Дан. — Говорят, оно единственное на планете.

В конечном итоге все смертные, служащие Хаосу, становятся его частью.