Я облизываю губы.

— Я хочу вернуть свою корону.

— Хорошо, — кивает он.

— И я не выйду за него замуж, — говорю я.

Тейлис хмурится.

— Я не могу с этим работать.

Я скриплю зубами.

— Хорошо, я подумаю о браке, но я не буду просто давать ему то, что он хочет. Мне тоже нужно подумать о королевстве. Если мы поженимся, это должно быть выгодно для меня и Ксавье.

Я прижимаюсь лицом ближе к щели.

— Более того, я хочу, чтобы мой брат был здесь. Я хочу, чтобы он участвовал в разработке стратегии. Если Кристен хочет альянса, то он не может просто отказаться от другой половины вечеринки.

Тейлис садится на корточки.

— Он не будет счастлив, но если это означает, что ты пообещаешь работать с ним, то, возможно, его удастся убедить.

— И еще одно, — говорю я строго, — я хочу вернуть Гретту. Если Кристен пообещает выполнить эти условия, я останусь. Это не значит, что я буду любить его, что выйду за него замуж, но я готова выслушать его.

— Ты также больше не можешь пытаться убить его, — говорит Тейлис, его глаза прищуриваются в сторону щели между дверьми.

Я хмурюсь.

— Это может быть трудно.

— Да, но твое терпение будет вознаграждено образованием, возможно, могущественного союза и возвращением твоей лучшей подруги, — говорит Тейлис. Затем его глаза печалятся. — Я знаю, что никогда не говорил тебе этого прямо, Зора, но мне так жаль Гретту. Я думаю о ней каждый день.

— Размышления ее не вернут, — шиплю я.

— Тогда соглашайся на наши условия, и мы сможем действовать, — настаивает Тейлис.

— Я не буду пленницей? — спрашиваю я.

Тейлис думает об этом.

— Я думаю, ты будешь чем-то средним. Мы просим тебя остаться, но мы возьмемся за оружие, если ты попытаешься уйти.

Итак, я все еще в плену. Я провожу языком по зубам. Но у них есть ответы, которые мне нужны, и они не принуждают меня к браку. По крайней мере, пока. Я сжимаю губы, затем встаю и выдыхаю.

— Хорошо.

— Все хорошо? — Тейлис поднимается с земли с другой стороны, его высокая тень просачивается между дверьми.

— Да, открой эту чертову дверь, — рычу я и скрещиваю руки на груди.

Он смеется. Ключи звякают, прежде чем открываются замки на дверях. Он осторожно приоткрывает один из них, и мой взгляд тут же устремляется к мечу, поблескивающему в его ладони.

Я приподнимаю бровь.

— Умно с твоей стороны.

Он ухмыляется.

— Я так и думал.

— Так где же дьявол? — спрашиваю я.

Тейлис кивает в сторону коридора.

— Планирует бал. Предполагается, что это будет вечеринка по случаю помолвки. Может быть, ты хотела бы сообщить ему плохие новости?

Я сжимаю кулаки и целеустремленно шагаю в указанном им направлении.

— С удовольствием.

Глава 17

Зора

Напряжение пульсирует у меня в плечах и спускается по бицепсам, когда я просовываю ладони в пару дверей и вхожу в конференц-зал, задрапированный тонкой красной тканью. Атмосфера напоминает мне Подполье: запах сигары, витающий в воздухе, незаконченная игра в карты на обтянутом войлоком столе и… конечно же, Кристен без рубашки.

Я останавливаюсь перед диваном, на котором он развалился, его глаза закрыты, лицо бледное, грудь вздымается мелкими, неглубокими вдохами. Темные круги делают его глазницы впалыми, скулы выделяются в полумраке плохо освещенной комнаты. Его пальцы, лежащие на груди, непрерывно дрожат.

— Черт, — шепчу я, в то время как мое сердце тянется к нему.

Это не должно меня так сильно беспокоить, видеть его таким, не тогда, когда всего несколько часов назад я была готова провести остаток своей жизни без него.

Но, черт возьми, это больно.

Мне больно, что я ударила его ножом. Мне больно, что я отвергла его в туннеле. Это ранит и обижает, и я позволила своему брату-психопату уговорить меня покончить с этой болью величайшим из мучений — навсегда вычеркнуть Кристена из моей жизни.

Он не сможет причинить тебе вреда, если его не существует.

Так прошептал Ксавьер, когда мы сидели на наших тронах, глядя в пустой тронный зал.

Однако он был неправ. Я думаю, что в ту миллисекунду, когда Кристена не существовало, было больнее, чем от любого другого предательства.