— Я обязательно всё сделаю, господин, но… — проговорил Тычимба. — Я тут на отдыхе шерстил каналы интернетовские и вот что узнал… Казанское ханство начинает понемногу накалять ситуацию возле границ. И ещё… В Ведарской Общине просквозила информация, что пару раз попались Омуты, внутри которых находились люди! В основном татарские шаманы!

— Ну да, прямо как у Белого Озера, — кивнул я задумчиво. — Начало происходить то, что было в погибших мирах — люди начали доверять Бездне…

— Как в моём мире? — спросил Тычимба.

— Да, совершенно, верно. В твоём мире произошла та же ошибка. Одни люди в противоборстве с другими взяли в союзники Бездну и в итоге произошло то, что произошло…

Я помнил мир Тычимбы. Прекрасный зеленый оазис среди холодных звёзд. Там жили обычные люди с обычными проблемами. Жили, дружили, воевали, в общем, вели цивилизованный образ жизни. Десять континентов разделялись морями и океанами. Люди развивались, влюблялись, рожали и…

И на этот мир обратила свой взор Бездна. Никто не мог дать определение этому созданию лучше, чем это сделали Высшие Силы — они назвали Бездну паразитирующей смертью.

Бездна появлялась в разных мирах через Омуты. Выпускала свои творения на волю для того, чтобы те пожирали обитателей, забирали их души. Возможно, именно душами миров Бездна и питалась. Она ничего не производила, кроме ужасающих тварей. Она ничего не приносила в миры, кроме разрушений и страданий. Она просто приходила, высасывала все соки из мира, а потом уходила, оставляя после себя только песок и камень.

Тычимба был небольшим богом в своём мире. Ему поклонялись около трёх тысяч человек на острове в океане. Он мог пригнать тучи, мог помочь поддержать огонь в жилище, мог загнать нужного зверя в ловушку. В общем, был вполне спокойным и адекватным богом, помогающим островитянам. И… на этом острове начали появляться Омуты.

Причём появляться они начали также, как возле Белого Озера — в Омутах были люди, которые через соединениее с главарём Омута управляли тварями Бездны. Конечно, такой силе было трудно противостоять.

Тычимба мог только бессильно наблюдать, как гибли его жрецы, как уничтожались капища, как последователи захлёбывались в собственной крови. Так было, пока на этот остров не десантировался десяток ведарей, среди которых был и я. В том мире нас назвали защитниками.

Мы защищали людей насколько могли, но один из континентов с названием Велибур вступил в сговор с Бездной. И континент Велибур побеждал в захватнических войнах. Власть Велибура распространилась почти на весь мир. Уничтожались защитники, убивали тех, кто мог противостоять не только Велибуру, но и Бездне. Убивали всех мало-мальских нормальных людей. И… Когда казалось, что все находятся под пятой властелина, Бездна показала своё настоящее лицо!

Бездна вступила в игру по-настоящему. Она повернулась против Велибура, запуская свои Омуты во все места, куда только могла дотянуться. Сидевшие в Омутах люди думали, что они творят свои бесчинства во славу Велибура, но разрушали города континента-властителя. Бездна хорошо умела застилать глаза своим союзникам.

Такая же участь постигла и остров, где находился Тычимба. Защитники ценой своей жизни смогли отстоять несколько десятков человек, но… Из всего отряда остался только я. Тогда-то Тычимба в качестве благодарности и появился передо мной. Тогда-то я и назвал его ради прикола Тычимбой, не хотелось произносить долгое То-Чего-Не-Может-Быть, как среди защитников называли богов.

Мы вместе понимали, что век его людей недолог. Что Бездна не остановится ни перед чем. Поэтому Тычимба захотел стать хоть чем-то полезным и добровольно вступил ко мне в услужение с одной целью — мстить за своих людей до последней жизни ведаря. Или пока Бездна не исчезнет из миров.

Я надеюсь, что последнее произойдёт раньше!

Да, тогда будет моя последняя жизнь, но мне хотелось бы прожить её как человеку, а не как оружию. Хотелось бы снова влюбиться, ощутить все те эмоции, которые были в самом первом моём мире…

И может быть даже найти такую спутницу жизни, как Марфа Васильевна…

— Так что будем делать, господин? — спросил Тычимба.

— А что мы делали всегда, Тычимба? — вздохнул я и сделал ещё глоток ледяного кваса.

В горле приятно защипали пузырьки газа. Тело отозвалось благодарным поёживанием. Силы понемногу восстанавливались.

— Мы всегда боролись против Бездны, — проговорил слуга.

— И в этот раз будем делать то же самое. Сомневаюсь, что нам удастся донести до хана Сахиба правду, но… Можем победить Казанское ханство и развеять договор с Бездной.

— И ещё ходят слухи, что царь-батюшка заболел. Что он последнее время всё больше бледнеет и худеет. Вроде как рак, но медики ничего сделать не могут. Говорят, что это старение и это естественный процесс.

— А ты как думаешь? — спросил я слугу.

— Думаю, что тут дело тёмное. В зале для приёмов царь был румян и свеж, а на той фотографии, которую я видел, под глазами появились черные круги, щёки впали. Я не доктор, но подозреваю заражение крови. Отравить его не могли — дегустаторы за обеденным столом хорошие, но вот если как иначе яд поступил в кровь…