Усмехнулся, закрыл тетрадь и положил её на тумбочку. Взглянул на часы и убедился, что час давно прошёл. Поплёлся в ванную комнату, где уже хорошо просолилась манжета белой рубашки. Но в прихожей я вдруг замер. Посмотрел на Димкин силуэт в зеркале — увидел позади него освещённую светом из торшера комнату и тёмный прямоугольник окна (на улице уже стемнело).

— Вальтер, — сказал я. — Ну конечно…

Резко развернулся, вновь перешагнул порог. Ударил рукой по выключателю на стене — зажёг все три лампы на люстре под потолком. Свет от люстры разогнал полумрак, что ещё мгновение назад, будто вуаль, прятал за собой фотографии моих родителей. Со стен исчезли тени от бахромы, заблестела посуда на полках в серванте. Окно превратилось в зеркало — я увидел в нём Димку.

На отражение брата я смотрел лишь пару мгновений, пока шёл к столу. Вытащил из стопки на столе нижний блокнот, положил его перед собой. Пальцем торопливо листал страницы, смотрел на первые слова в каждом абзаце (все они начинались с имён и фамилий). Отметил, что перечёркнутые абзацы встречались редко. Были абзацы большие, почти на страницу — такие меня сейчас не интересовали.

— Вот! — сказал я.

Ткнул пальцем в страницу. Заинтересовавший меня абзац был небольшим. Я прочёл: «Василий Шумилин, Вася Малой. 1960 года рождения. 3 февраля 1995 года убил в г. Нижнерыбинск семью Лаптевых: двух взрослых, троих детей. 5 февраля 1995 года убил майора Николая Синицына. Убит при задержании. Есть подозрения: совершил ещё несколько убийств, но это так и не доказали».

Я постучал кулаком по столу — в серванте задребезжали стёкла. Задрожало стекло и на окне, словно отражавшийся там Димка таким образом привлекал к себе моё внимание. Я взглянул на слегка размытое отражение лица своего брата. Отметил, что Димка хмурился. Я покачал головой — брат в окне повторил мой жест, будто он усомнился в реалистичности промелькнувшей у меня в голове идеи.

— Вальтер, — повторил я.

Смотрел при этом на чуть искажённое оконным стеклом Димкино отражение.

— В меня и Надю тогда стреляли из пистолета «Walther P38», — сказал я. — Пистолет был ещё довоенного производства. Эксперты сказали, что его восстанавливали. Ещё тогда предположили, что Вальтер стал находкой чёрных копателей. Помнишь? Почему я раньше об этом не подумал? У Васи Малого старший брат был чёрным копателем. В девяностом… в прошлом году он погиб в Ленинградской области от взрыва старого снаряда. А Вася освободился… примерно два месяца назад. Всё сходится.

Я опустил взгляд на блокнот, но тут же вновь взглянул на окно.

Мне почудилось, что я заметил в Димкиных глазах сомнение.

— Вася Малой грозился, что поквитается со мной, когда я его брал, — сообщил я.

Кивнул головой одновременно с Димкой.

— Согласен: многие во время задержания говорили то же самое, — сказал я. — Не только мне. Женька и Коля получали таких угроз не меньше. Но ты, брат, сам посмотри, как идеально всё сходится. Вася Малой месяц как освободился. Это раз. Он обещал, что расправится со мной — это два. Малому человека убить, что чаю выпить… помнишь, что Женька рассказывал?

Я указал себе за спину, на дверь.

— Малой ночью проник в дом Лаптевых. Тем раньше принадлежали продуктовые магазины на улице Советская и на Краснознамённой. Связал взрослых. На глазах у родителей зарезал троих детей. Одного за другим, как кроликов. И это после того, как Лаптевы отдали ему все свои заначки. Потом он убил и взрослых. Женька говорил, что там, в квартире, крови было, как на скотобойне.

Я вздохнул — вспомнил, как расстроился тогда, что не присутствовал на задержании Шумилина.

— А потом он зарезал Колю Синицына. Женька говорил, что Коля уже повалил Малого на пол. И вдруг охнул и схватился за бок. Малой трижды проткнул ножом Синицыну печень. Прежде чем Бакаев прострелил ему голову. Синицын умер ещё до приезда скорой. А меня там не было. Понимаешь? Помню, как рыдала на похоронах Колина невеста. Как её звали? Яна Терентьева?

Мне показалось, что Димкины глаза блеснули.

Почти минуту мы с братом смотрели друг другу в глаза — Димка моргнул первым.

Я пожал плечами и сообщил:

— Сомневаюсь, брат, что в меня тогда стреляли по приказу Лёши Соколовского. Теперь, сомневаюсь. Да и этот Вальтер…

Мне почудилось, что я услышал в голове голос известного в будущем телеведущего.

Повторил вслух его слова:

— Совпадение? Не думаю.

Ночью я долго не спал: выуживал из памяти сведения о Василии Шумилине. Вспомнил, что старший брат Васи Малого учился в одном классе с Женькой Бакаевым. От Бакаева я тогда и узнал об увлечении Васиного старшего брата. В девяностом Бакаев ездил на похороны. Рассказал нам на следующий день, что на Кисловском кладбище похоронили его школьного приятеля. «В закрытом гробу несли, — уточнил тогда Женька, — то, что от этого дурика осталось». Тогда-то Бакаев нам и сообщил, что покойный был старшим братом «того самого» Васи Малого, которого я арестовал в восемьдесят пятом.

Женька рассказал, что покойный Шумилин-старший увлекался «копательством». Об этом ему на похоронах поведали их общие знакомые. Те сообщили, что Шумилин-старший проводил отпуска с лопатой в руках на местах, где во время Великой Отечественной войны шли бои. Бакаев сказал, что тогда (в девяностом году) старший брат Васи Малого вёл раскопки в Ленинградской области вместе с двумя другими «чёрными копателями». Они рылись в старых окопах. Взрыв снаряда убил двоих — третий копатель во время похорон Шумилина-старшего залечивал ранения в Ленинградской больнице.