Он дёрнул левой рукой, словно потянулся к своему сердцу. Локтем размазал по асфальту кровавую лужу.

В небе над нами прокричали чайки.

— Кто её заказал? — спросил я.

Снова склонился над шумно дышавшим Арбузовым.

— Але…

Слова Серого потонули в его надрывистом кашле.

— Брось оружие! — прозвучал у меня за спиной голос капитана милиции Владимира Рыкова. — Брось, я сказал! Подними руки! Отойди от него! Быстро! Повернись!

Я расставил руки, указал в небо стволом ПМ. Прижимал палец к спусковому крючку. Стоял к своему младшему брату спиной, чувствовал между лопатками пристальный взгляд его пистолета.

Склонился над Серым и потребовал:

— Повтори!

— Алексей Соколовский, — едва слышно произнёс Арбузов. — Следачку заказал Алексей Соколовский.

Он закашлял, разбрызгивая вокруг себя кровавые брызги.

Я не удержался, выдохнул:

— Да ладно?!

Серый снова кашлянул, сплюнул кровавый ком. Посмотрел мне в глаза, улыбнулся.

— Век воли не видать, легавый, — произнёс он. — Соколовский…

Арбузов захлебнулся кровью, широко раскрыл рот, выгнулся дугой.

— Брось пистолет! — потребовал Вовка. — Обернись!

Я заметил, что на светофоре снова загорелся жёлтый огонёк. Машины позади и справа от меня взревели моторами, будто за секунду до старта на гонках. У меня над головой истошно завопили чайки.

Серый опустил поясницу на асфальт, нашёл меня взглядом.

— Добей, легавый, — прошипел он. — Больно…

По его губам хлынула кровь. Арбузов затрясся от кашля, поскрёб скрюченными пальцами по асфальту. Машины справа от меня пришли в движение за секунду до того, как на светофоре зажёгся красный свет.

Я всё ещё удерживал пистолет стволом вверх. Увидел, как рванули к улице Щорса автомобили. Белый «Москвич» и такси объехали стоявшие на дороге мотоциклы и рванули наутёк, будто в порыве паники.

Я медленно развернулся, зажмурился от яркого солнечного света. Увидел пристально смотревшую на меня сквозь лобовое стекло Надю (живую). Перевёл взгляд на лицо своего младшего брата.

Вовка стоял у капота своей «шестёрки» с пистолетом наизготовку. Стволом ПМ он указывал на мою грудь. Я заметил на лбу у Владимира те самые складки морщин, которые так не нравились мне в будущем.

Я улыбнулся и сказал:

— Привет, Вовчик. Опусти пистолет. Пока не испортил мне спортивный костюм.

— Димка?!

Мне показалось, что Владимир отшатнулся. Его руки дёрнулись — ствол ПМ сместился в сторону (теперь он смотрел на моё правое плечо). Я чуть склонил голову, чтобы брат лучше рассмотрел моё лицо.

— Убери оружие, — сказал я.

Вовка опустил руки — чёрный глаз-дуло его пистолета будто бы осмотрел меня с головы до ног. Он уставился в землю около носов моих кроссовок. Владимир хмурился. Не спускал с меня глаз.

Я тоже опустил пистолет. Заметил, что автомобили аккуратно объезжали нас, будто бы огибали место аварии. Водители и пассажиры машин с любопытством посматривали на нас через приоткрытые окна.

— Димка, что происходит? — спросил мой младший брат.

У меня за спиной вновь зашёлся в булькающем кашле Сергей Арбузов. Я оглянулся — в тот самый миг, когда Серый вновь выгнулся и засучил по земле ногами. Я повёл пистолетом, выстрелил Серому в сердце.

Арбузов снова вздрогнул и тут же обмяк.

Я повернулся к брату, поднял руку и направил ствол пистолета на Вовкино лицо.

Мой младший брат вскинул брови.

— Брось пистолет, Вовчик, — сказал я.

Владимир чуть дёрнулся, заглянул мне в глаза — я прочёл в его взгляде удивление и обиду.

Мой младший брат покачал головой.

— У тебя закончились патроны, Димка, — сказал он. — Это был восьмой выстрел.

— Знаю, — ответил я. — Но этого не знают свидетели. Те, кто на нас с тобой сейчас смотрит.

Ствол моего пистолета пришёл в движение, нарисовал перед лицом Вовки воображаемую окружность. Владимир взглянул мне за спину на объезжавшую нас бежевую «Волгу». Машины сигналили, но не останавливались.

— Напишешь в рапорте, что твой пистолет заклинило, — сказал я. — Поэтому ты в меня не выстрелил. А после я взял тебя на мушку и разоружил. Понимаешь? Брось пистолет, Вовка, не глупи.

Мой младший брат разжал пальцы. ПМ вывалился у него из руки и звякнул о дорожное покрытие около переднего колеса «шестёрки». Я шагнул вперёд и отбросил Вовкин пистолет под машину.

— Ты меня не видел, Вовчик, — заявил я. — Скажешь, что мотоциклисты устроили перестрелку. Лицо хозяина «Явы» ты плохо рассмотрел. Придумаешь что-нибудь, брат. Не мне тебя учить.