В конце концов, Нил позволил им вернуться к визиту Стюарта в город, и он прижал ботинок к ноге Жана, придумав самое лучшее, наихудшее, оправдание, какое только мог придумать. Несколько месяцев назад Нил якобы попросил Стюарта найти сестру Жана. Стюарт наконец-то нашел, где обрывался ее след, и привез их обоих в город, чтобы лично сообщить плохие новости. Здесь Нил добавил немного яда в свою историю о том, что агенты еще больше испортили и без того ужасный день, заставив их участвовать в этом допросе, и у одного из них хватило такта выглядеть виноватым.

После четырех изнурительных часов споров, включая несколько длительных перерывов, чтобы связаться с Интерполом, агенты, наконец, решили, что Жан - самая удачная встреча за последние недели. Сам Жан не представлял угрозы благодаря своей неосведомленности и незапятнанному прошлому. Теперь они могли приступить к разбору круга Эрве и вбить еще один гвоздь в крышку гроба Натана.

Жан выдержал их самодовольную реакцию, ломая контроль. Он был в двух словах от срыва, когда его и Нила, наконец, вывели из здания и запихнули обратно в машину.

Десять минут спустя их выставили перед рестораном, из которого они были похищены. Жан смотрел, как внедорожник исчезает в вечернем потоке машин, а Нил запрокинул голову и уставился в небо. Жан не мог вспомнить, где здесь находится гараж, поэтому он молча ждал, пока Нил вернется к нему.

– Прости, - сказал, наконец, Нил.
– Это не должно было свалиться на тебя.

– Я Моро, - сказал Жан.
– Моя семья существует для того, чтобы служить.

– Дерьмовое существование, - сказал Нил, как будто от этого было легче. Он зашагал по тротуару, зная, что Жан последует за ним. Жан был почти уверен, что они заблудились, потому что все это не выглядело знакомым, но потом он заметил банкомат, которым Нил пользовался несколько часов назад.
– Значит, собираешься оставить все как есть? Жан Моро?

– Это все, чем я являюсь, ты, невежественное дитя.

– Мы ровесники, - заметил Нил, и Жан отмахнулся от этого, как от несущественного.
– Я просто имею в виду... Я сменил свое имя, потому что не хотел, чтобы меня ассоциировали с моей семьей, но они украли у тебя твое. Если ты не хочешь менять его обратно, это твой выбор, но не делай выбор, основываясь на том, чего хотел для тебя Рико.

– Мне не нужны твои советы, - предупредил его Жан.

– Он мертв, - напомнил ему Нил, когда свернул на парковку.
– Правила изменились. Если ты выполняешь то, что обещал, почему Ичиро должно волновать, как ты себя называешь? Время от времени проявляй немного свободы. Тебе может понравиться это ощущение.

– Ты потеряешь свою смелость, когда он узнает о твоем вратаре.

– Я уверен, что он знает. Эндрю был со мной, когда я во всем признался ФБР в Балтиморе, и для меня очевидно, что по крайней мере один сотрудник в этом офисе получает зарплату не только от государства. Если бы кому-то пришло в голову отметить его как личность, представляющую интерес, то, конечно, это бы распространилось по цепочке. Я не волнуюсь, - добавил Нил, слегка пожав плечами.
– Чем больше людей я поддерживаю, тем меньше я представляю угрозу, потому что не хочу подвергать их опасности своими действиями.

– Я бы поверил, скажи это кто угодно, только не ты, - сказал Жан, когда они садились в машину.

– В кого надежнее инвестировать?
– Нил бросил ему вызов.
– В человека, у которого есть дюжина причин не сорваться с поводка, или в человека, который держится просто потому, что ему так сказали, и он не может отпустить?

Жан проигнорировал его, и Нил пропустил это. Обратная дорога к дому Лайлы прошла в напряженном молчании. У обочины было свободное место, чтобы Нил мог припарковаться перед машиной Джереми, но он остановился посреди улицы и надел защитные очки. Жан потянулся к пряжке, но замер, когда Нил схватил его за рукав. Прошла минута, прежде чем Нил посмотрел на него. Жан не думал, что из-за ночи он выглядел таким далеким, но голос Нила был спокоен, когда он сказал:

– Запри дверь на ночь, если это поможет, но Грейсон больше никогда тебя не побеспокоит.

В измученном мозгу Жан роилось слишком много мыслей, чтобы это обрело смысл, но затем в памяти кристально ясно всплыл вопрос Нила: «У вас есть кто-нибудь, кто мог бы взяться за работу на месте?» То, как он смело набросился на Грейсона, когда Жан сидел рядом с ним, было невозможно; то, что Жан был слишком потрясен надвигающимся крахом своей семьи, чтобы осознать, что происходит, было непростительно.

Единственным разумным ответом был отказ. Грейсон должен был уехать из города на этих выходных. Но останется ли он там надолго - другой вопрос, и Жан почувствовал, как у него мурашки побежали по коже, когда он подумал об этом. Поскольку Гнездо закрыто, а Эдгар Аллан находится под следствием, Воронов, несомненно, отправят домой на каникулы. Грейсон весь год будет мотаться по Калифорнии. Действительно ли это было единственным решением, оставшимся у Жана, и сможет ли он выжить, если не воспользуется им?