Флэш наконец оторвался от Хейдена, лежащего на земле, и блондин вмешался.

— Дамы и господа, у нас есть победитель! Флэш!

Большая часть толпы освистала Флэша, когда тот расхаживал с высоко поднятыми руками и самодовольным выражением лица.

— В следующий раз дай мне настоящего бойца, а не какую-то слабачку. Он даже не был вызовом, — сказал он и бросил на Хейдена взгляд, полный отвращения. — Жалкий.

Стеклянные глаза Хейдена смотрели в никуда, пока он лежал, свернувшись на земле, кровь текла из его носа и рта. Блейк наконец отпустил меня и бросился с Мейсеном, чтобы помочь ему подняться.

Я разрывалась, борясь с собой. Я хотела пойти и помочь ему тоже, но, наблюдая, как они поднимают его на ноги и поддерживают его вес, я чувствовала себя не в их мире. Я чувствовала, что не имею права ничего делать, и это было больно. Хейден закашлялся, выплеснув немного крови, и моя грудь сжалась из-за него.

— Эй, братан! Я потерял свои деньги! — Пожаловался ему Стивен, когда они добрались до нас, и я уставилась на него. Он даже отдаленно не беспокоился о Хейдене и его ужасных травмах. — Ему даже не пришлось вспотеть!

Хейден вообще не смотрел на меня, отчего я чувствовала себя маленькой и незначительной, как будто я ему не нужна. Я была просто статистом, который ему мешал.

— Как будто мне не все равно, — прорычал Хейден и взял у Блейка куртку. Он поморщился и пробормотал проклятие, надевая ее, оставив расстегнутой.

— Пойдем, Хейдс, — сказал Мейсен и потянулся к его руке. — Нет смысла оставаться здесь.

— Я могу идти сам. — Он оттолкнул руку, и пошатнулся, когда двинулся, но не позволил ему или Блейку помочь ему.

— Теперь мы можем идти? — Спросила Мелисса у Стивена. — Бой окончен.

Он закатил глаза.

— Да. Пойдем.

Я была рада, что мы наконец-то смогли выбраться отсюда. Мое тело было в режиме боевой готовности, пока мы следовали за Хейденом, Блейком и Мейсеном, подергиваясь каждые несколько секунд, пока я ждала, что кто-то нападет на меня с любой стороны. Я больше никогда не хотела возвращаться в это место. Хейден едва мог ходить, волоча ноги, и было ужасно непросто смотреть, как он себя так терзает. Я думала о том, как сделать что-то для него.

Парень рядом со мной чуть не толкнул меня локтем, когда двинулся, и когда я отошла в сторону, чтобы избежать его, мне пришла в голову идея.

— Блейк, — позвала я его, наполовину ожидая, что он проигнорирует меня. Он посмотрел на меня через плечо и поднял бровь.

— Что? — Спросил он, явно раздраженный тем, что я обращаюсь к нему напрямую.

— Ты привез сюда Хейдена?

— Нет.

— Он сам приехал?

— Да. Зачем ты вообще спрашиваешь?

Хейден не мог вести машину в таком состоянии. Что-то глубоко внутри тянуло меня броситься к нему, помогая мне отбросить все запреты, которые тянули меня так далеко. Я обошла Блейка и пьяных парней, преграждавших мне путь, и поравнялась с Хейденом.

— Хейден.

Он споткнулся, увидев меня. Покалывания пробежали по моему телу от его близости, пульс застучал в ушах, когда яростные эмоции поглотили меня целиком. Было еще хуже видеть, как он истекает кровью так близко.

Он не останавливался, его глаза наполнились ядом.

— Какого черта тебе надо? Отойди от меня.

Я поморщилась. Моя неуверенность подсказала мне, что это самая глупая идея на свете, но что-то более сильное во мне, что-то, что не позволяло мне отступить, подсказало мне, что он никогда не покажет, что нуждается во мне или в моей помощи. Он был рядом, когда мне нужна была помощь с Джошем, моей матерью и моей панической атакой, принося мне больше утешения, чем он когда-либо мог себе представить, и это значило для меня все. Я должна была это сделать.

— Нет. Ты не можешь так вести машину. Я поведу твою машину и отвезу тебя домой.

Он остановился и повернулся ко мне лицом. Я увидела его раны и кровь, и что-то похожее на настоящую боль разлилось по мне.

— Ты, черт возьми, серьезно?

— Я задаюсь тем же вопросом, — сказала Мел. Она сверлила меня взглядом, заставляя чувствовать себя еще более неловко. — Ты только что предложила отвезти этого придурка?

— У этого «придурка» есть имя, — прорычал на нее Мейсен и подошел к Хейдену.

— Конечно, есть. Его полное имя — мудак, ублюдок, сумасшедший псих.

Я вздрогнула, восприняв последнее оскорбление Мел слишком лично. Она не знала Хейдена или о его расстройстве, но я не хотела, чтобы она или кто-либо другой называли его сумасшедшим. Хейден стиснул челюсти, его мышцы дергались, пока он пытался сдержать свои эмоции.

— Не называй его так, — укусила я ее, привлекая всеобщее внимание ко мне.

Мел поморщилась, и в ее глазах вспыхнуло пламя боли.

— Что ты сказала?