Интересно, а накопитель у нее есть? Или алхимические зелья, быстро приводящие запас магии в норму? Последнее, в отличие от кристаллов, конечно вредная дрянь из-за прямого воздействия на организм, зато эффективная в критических ситуациях.

«Бутылочка с маной» стоила, как хороший боевой конь, но могла спасти жизнь, если мага прижмет. Злоупотреблять таким зельем категорически не рекомендовалось. Действовало оно как наркотик, вызывая привыкание, но что хуже — разрушало организм изнутри. Это как форсаж для внутренней энергетической матрицы, если все время гнать на предельной скорости рано или поздно обязательно произойдет сбой, исковеркав каналы энергетической оболочки.

Коллегия с давних времен знала о подобных эликсирах, но применяла их с крайней осторожностью. И не напрасно, что может быть хуже, чем маг-наркоман с расшатанным даром и нестабильной психикой?

Рядом раздался щелчок, Нильс не терял времени даром, подстрелив еще одного вражеского солдата, умудрившегося вывалиться с рычанием из обжигающего кислотой дымки.

Последних добил я, дождавшись перезарядки заклятий, поочередно пуская в ход «Коготь» и файерболл, хладнокровно выбирая удобный момент для атаки. Вскоре все было кончено. Белая хмарь рассеялась, на земле остались лежать мертвые тела в легких кожаных доспехах.

— Как рана? — осведомился я.

— Царапина, — Нильс отмахнулся, как если бы речь шла о нестоящей упоминания мелочи.

Я быстро огляделся, сражение продолжалось и даже усилилось. Занявших оборону на вершине холма уверенно теснили, трудно сказать сколько им осталось, но то что недолго уже ясно.

— Уходим, — велел я и взялся за повод.

Нильс удивленно приподнял бровь.

— Нас уже видели, если уйдем сейчас, после победы обязательно отправят погоню. Мы положили двенадцать их человек, такое не прощают.

Я быстро обдумал ситуацию. А ведь он прав. Нас видели, но пока решили сосредоточиться на главном противнике, чтобы не распылять силы. Но когда все кончится, наверняка захотят отомстить.

— Не веришь в победу магички? — я криво усмехнулся, в первую очередь злясь на себя, что вообще в это ввязался. Следовало ехать дальше, и выбросить из головы странные синие зарницы. Мало ли кто и почему применяет магию, а знания можно найти и в книгах. С другой стороны, не разведать обстановку мы не могли, кто знает, как неизвестное событие повлияет на дорогу впереди.

В общем, выбор без выбора. И так, и так нехорошо.

— Предлагаешь напасть?

— И добить уцелевших, — уверенно кивнул Нильс. — А потом быстро уехать, чтобы о нашем присутствии здесь никто не узнал. Так спокойнее, сужу по прошлому опыту.

Перебить свидетелей — что может быть прозаичнее для охотника за древностями, ходящего по краю закона.

— Мы не преступники, — поморщился я. — И всего лишь защищали свои жизни.

— Попробуйте это потом объяснить андарцам. Уверен, они с пониманием отнесутся к тому, что вы убили двенадцать их солдат.

Я недоуменно сдвинул брови.

— Откуда знаешь, что это андарцы?

— Символ, — пояснил Нильс и уточнил: — На кожаных нагрудниках.

Возникла пауза, я усиленно размышлял.

— Если на нас напали андарцы, то выходит на холме засели ольцсцы, — спустя пару секунд сделал логичный вывод я.

— Видимо так, — следопыт пожал плечами. — По крайней мере на разбойников они не похожи, не с магом в составе отряда.

— Убитые у моста тоже несли герб королевства Ольц, — задумчиво припомнил я. — Выходит магичка тут ни причем, вряд ли бы она стала убивать своих.

А жаль, теория выглядела многообещающе. Мощный электрический разряд вполне мог стать причиной остановки сердца у пятерых воинов, включая их лошадей. Но похоже это чья-то другого работа.

— Так что, нападаем? Если уж все равно ввязались, — Нильс перебросил на сгиб локтя заряженный арбалет.

Вместо ответа я привстал в стременах и внимательно огляделся, не обращая внимание на доносящийся лязг оружия, крики и стоны. Вроде никого нет, хотя с этой проклятой холмистой местностью не угадать, всего в паре сотен метров мог скрываться еще один вооруженный до зубов отряд головорезов.

— Убиваем только андарцев, — наконец решил я. — Раз уж они напали на нас, ответим им взаимной любезностью.

— Ольцсцев не добиваем? — деловито уточнил Нильс.

Я на него покосился, правда он это не видел из-за накинутого на мою голову плаща. Что-то следопыт стал слишком самоуверенным после легких побед, такое к добру не приводит.

Однако в чем-то парень прав, идеальным решением было бы чтобы противоборствующие стороны перебили друг друга, и о нашем участии вообще никто не узнал. Но такое вряд ли будет.