Её глаза расширяются от удивления, но мне все равно. Я, возможно, редко разговариваю с Мией другим тоном, кроме успокаивающего, но не потерплю, когда она принижает себя.

Разумеется не из-за того, что я виноват в чем-то.

— Ты поняла? — настаивал я.

— Да, — шёпотом отвечает она.

Мы долго-долго смотрим друг на друга. Я не знаю, как она, но я думаю о тех вещах, о которых не должен… Кажется, я не могу остановиться.

Она просто потрясающая.

Она понятия не имеет, какой силой обладает надо мной.

Она думает, я здесь из чувства долга. Поначалу так и было. Но сейчас я здесь, потому что нет ни единого места, где я бы хотел находиться больше.

— Я не могу перестать думать об этом, — шепчет она.

Я знаю это. Целую неделю я наблюдал, как её мозг не может преодолеть этот момент.

Она до сих пор корит себя, что предала Троя.

— Он был мне как брат, Мия, я не больше тебя хочу предавать его память.

— Я говорю не об этом. — Ее щеки обдаёт лёгкий румянец.

Я накручиваю прядь её волос на палец, пока наблюдаю за ней.

— Тогда что?

Ее глаза слегка расширяются.

— Я не могу перестать думать об этом.

— Думаю, тебе надо расшифровать для меня, Мия.

— Я не могу выкинуть из головы насколько мне понравилось целовать тебя, — признается она.

Я удивлён, даже шокирован. Я на самом деле думал, что она сожалеет об этом.

Я тоже не мог перестать думать о том, насколько мне понравилось, и мне нужно сказать ей это. Вот он. Вот мой шанс, и я должен использовать его.

— Я тоже, Мия, не могу ни о чем больше думать.

— Ты не можешь? — спрашивает она. Я могу уловить неуверенность в её голосе, и мне это не нравится.

Я поворачиваюсь, лишь слегка, чтобы коснуться её груди своим телом.

— Я хотел поцеловать тебя на протяжении полугода, милая.

На её лице читалось искреннее удивление. Она и правда не имела ни малейшего понятия о моем растущем увлечении ею.

— Сейчас мне снова хочется сделать это, — признаюсь я.

— Ты не говорил ничего… — шепчет она.

— Обычно когда ты влюбляешься в жену своего лучшего друга, тебе не хочется кричать об этом с крыши.

Её челюсть отвисает, и я понимаю, что именно сказал.

— Люк…

— Чёрт, — бормочу я. — Извини, Мия, я ляпнул это не подумав. Извини меня.

— Ты влюблён в меня?

Я мог соврать ей, но для меня это не выход. Мне не хочется врать Мие больше, чем вчера. Даже если я рискую потерять её, сказав правду.

— Если это не любовь, то что-то очень похожее на неё, — честно отвечаю я.

— Но… Но… Ты мой лучший друг, Люк.

— Ты тоже мой лучший друг, — говорю я ей, и я абсолютно серьёзен. Трой был как часть меня, но эти последние два года единственным человеком, с которым я действительно хотел провести время, является женщина, сидящая передо мной. И её маленький сын. — И Джо тоже.

— Я не могу потерять тебя. — Ее глаза наполнились слезами.

— Ты никогда не потеряешь меня, Мия. Я обещаю тебе, идёт?

— Ты не знаешь этого. — У неё дрожит нижняя губа.

Я знаю, Трой пообещал ей, что всегда будет рядом, а теперь он умер. Но это другое. Это не боевые действия, по крайней мере, пока не приедут её свекровь со свёкром. Меня не убьёт шальная пуля или граната.

— Ну, тогда я пообещаю тебе это. Я никогда не оставлю тебя по собственной воле. Я никогда осознанно тебя не оставлю, Мия. Неважно, что я чувствую к тебе, или что ты испытываешь ко мне. Я буду рядом до тех пор, пока ты не скажешь мне уйти.

Она кивает и вытирает слезы.

— Я не жду того, что ты полюбишь меня в ответ, милая, ладно? Я знаю, ты не дошла до этого, и все в порядке… Я не хочу, чтобы отношения между нами стали странными, но полагаю, всё равно это своего рода прямая дорога в ад после той ночи.

— Я просто понятия не имела… — Она качает головой в заметном неверии.

— Я знаю. — киваю я.

— Ты признался бы мне, если бы той ночи не произошло?

Теперь я качаю головой.

— Нет, я знаю, у тебя и так куча всего.

— Я рада, что узнала, — шепчет она.

— Правда?

— М-м-м, хм-м, — кивает она. Она долго молчит, прежде чем снова заговорить: — Знаешь, ты как-то говорил, что хочешь снова меня поцеловать?

Я медленно киваю, не понимая, к чему она клонит.