Она тоже любила тебя.

Под ребрами сжалось напряжение. Я влюбился в Джоанну, и она ответила мне взаимностью. Она любила меня. Джоанну никогда не заботило, что я сломлен или что иногда мне нужно личное пространство. Она любила меня всего, а я оттолкнул ее — не потому, что защищал ее, а потому, что защищал себя.

Неистовая энергия гудела под моей кожей.

Поступай правильно по правильным причинам.

Я хотел вернуть всё назад — я должен был найти способ это исправить.

Глава 34

Джоанна

— Чертовски жаль, что он так и не увидел тебя в этом, — Хани лежала на кровати вверх ногами и держала черные трусики с ремешками, как рогатку.

Сжав губы в тонкую линию, я выхватила из ее рук белье, которое купила в бутике Blush, и засунула его в ящик комода.

— Прекрати.

Ее сердечный смех не смог смыть мое угрюмое настроение. Прошел почти месяц с тех пор, как я покинула Чикалу Фолз. Осень пришла на Запад, принеся с собой прохладные бризы и ясные ночи, но никаких признаков Линкольна. Во мне еще горел маленький огонек надежды, что он опомнится и увидит, как нам хорошо было вместе. Но я не могла ждать его. Сидеть в коттедже было слишком мучительно, поэтому я собрала вещи и вернулась в квартиру Хани в Бьютте.

Воодушевленная вновь обретенной решимостью, я рыскала по местным общественным землям, находя новые и интересные места для привлечения клиентов. Перед отъездом из города я связалась с Чикальским женским клубом по поводу организации рыболовной программы для ветеранов. Природа обладала целебными свойствами, я знала это по опыту и хотела помочь, чем могла. Я встречалась со схожими группами в другом маленьком городке, размышляя над тем, как создать социальную программу. Шумиха вокруг программы распространилась по всему округу, и я организовала четыре встречи, чтобы обсудить, как получить снаряжение, объединить ветеранов с гидом и создать группы для мужчин и женщин для общения у воды.

Это отличалось от того, что я себе представляла, но быстро становилось чем-то бoльшим, чем я могла мечтать. Хани сделала несколько телефонных звонков, и, прежде чем я успела это осознать, уже планировался запуск проекта. Мой телефон разрывался от множества звонков от людей, которые слышали о недавно созданной программе и хотели либо зарегистрироваться, либо вызваться гидом.

Я назвала это «Проект Эйр» в честь богини исцеления Валькирии. Эйр была крутым воином, как и я, но я бы солгала, если бы не упомянула, что это также заставляло думать о Линкольне и о времени, которое мы провели вместе. Острота всё ещё появлялась в моей груди каждый раз, когда я думала о нем.

Глава 35

Линкольн

Я чувствовал себя чертовым идиотом.

Последние несколько недель я делал все, что мог, чтобы спасти свои отношения. Я проводил больше времени с Финном и моей мамой, Деком и Колином и мистером Бэйли. Я перестал закрываться, несмотря на неприятное чувство, которое иногда расцветало в моей груди.

Я знал, что должен стать лучше для себя, для них и для Джоанны. Возможно, она никогда не простит меня за то, что я оттолкнул её — наказал её за мои собственные страхи, — но пока я не стал достойным, я был полон решимости работать над собой.

Я чертовски гордился ею. Слухи о «Проекте Эйр» быстро распространились по округу, и шумиха в нашем сообществе наполнилась гордостью за нашу девочку. Как только я услышал, что она планирует большое мероприятие, я понял, что пора.

Выдохнув, я набрал номер.

— Привет?

— Привет, это Хани?

— Ну, святое дерьмо.

Вот тебе и утонченность. Я прочистил горло.

— Привет, Хани, это Линкольн.

— О, я знаю, кто ты, — что ж, она не уступала мне ни на дюйм.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

Она еще не повесила трубку, поэтому я продолжил:

— Мне нужна твоя помощь.

— Что, черт возьми, заставляет тебя думать, что я стану помогать тебе? — мне пришлось улыбнуться преданности Хани своей сестре. Мне нравилось знать, что у Джоанны есть кто-то, кто присматривает за ней.

— Мне нужно увидеть её, — начал я. — Более того, мне нужно компенсировать все, через что я заставил её пройти, то, что я сказал ей.

— Ты оттолкнул её, Линкольн. Ей нелегко быть уязвимой, и в ту секунду, когда она стала такой, ты уничтожил её.

— Знаю. Я думал, что защищаю её, — мой голос был насыщен эмоциями.

— Защищаешь её от чего?! — её голос повысился.

— Я уже даже не знаю. Может, от себя самого? Я знаю, что она заслуживает гораздо большего, чем я, но будь я проклят, если мое место займет другой мудак. Мне нужно показать ей, что это всегда была она, — я выдохнул. Говорить все это вслух было нелегко, и у меня внутри все болело.

Голос Хани смягчился после моего признания, но ее слова были словно кинжалы:

— Что ж, тебе лучше снова не облажаться, или твоя голова будет на блюдечке.