Павлос поднялся из кресла, в котором сидел и подал руку девушке. Она с благодарностью приняла ее, и они вдвоем вышли из кабинета, направившись в столовую, где все уже были в сборе и ждали только их.

Вначале все были немного напряжены, ведь ужинать за одним столом с самим императором перевертышам и дриаде еще не приходилось, но постепенно все нашли общий язык и стали общаться довольно непринужденно.

Император гостил в академии еще три дня, и все три дня он проводил в обществе дочери, на четвертый день его вызвали в столицу.

— Прости, но дела, увы, не ждут. Им наплевать, что только что обрел семью — грустно проговорил он, прощаясь с Леей.

— Я приеду в столицу на каникулы, отец — ответила ему Лея.

— Я буду ждать тебя — он обнял ее на прощание и шагнул в круг портала, растворяясь в золотистых брызгах магии.

— Как ты? — поинтересовался, стоящий рядом с женой Кайст.

— Не знаю. Странное чувство. Вроде и рада, что нашла отца, но свалившаяся известность пугает меня. А про объемы предстоящей работы я даже думать не хочу. Ну вот зачем мне это все, а?

Вампир мягко рассмеялся.

— Мы тебе поможем во всем. Не взваливай все на свои хрупкие плечи, для этого у тебя есть мы — он нежно погладил девушку по щеке и прикоснулся губами в легком поцелуе.

— Эй, я тоже хочу! — раздался голос Тейта рядом, а его руки легли на плечи Лее и развернули ее на сто восемьдесят градусов. Губы темного тут же прильнули к ее губам.

— Сладкая наша девочка — усмехнулся он, оторвавшись от девушки — идем в гостиную, остальные уже ждут нас.

Следующие пять Лея была загружена в академии столь сильно, что просто падала вечерами в кровать, засыпая прямо налету. Мужья, как могли, оберегали и помогали ей, но слишком много всего пришлось изучать девушке.

Больше всего на свете она ненавидела уроки этикета.

Парни смеялись над ее недовольно пыхтящим личиком, чем еще больше раззадоривали девушку.

И в один прекрасный момент она не выдержала и выпустила свою силу. От ударной волны в классе выбило стекла, а штукатурка потрескалась на стенах и потолке. Докучливый учитель проявил чудеса эквилибристики и успел спрятаться за массивным столом.

Дверь класса тут же с грохотом отворилась и внутрь влетели все четверо ее мужей. Лея же стояла посреди полуразрушенного зала, а вокруг нее металась ее сила, жаля золотыми молниями и брызгая искрами.

Первым к ней смог подобраться оракул, чтобы обнять ее и немного успокоить, а вот Кайст долго и внимательно смотрел на девушку, то хмурясь, то неверяще потрясывая своей челкой.

— Да, нет, не может быть, показалось скорей всего — бубнил он себе под нос.

— Не показалось — оракул повернул в его сторону голову и улыбался во все свои тридцать два зуба.

— Да в чем дело? — хором спросили Вандиль и Тейт.

— А в том, что нашей малышке больше нельзя нервничать, это вредно в ее положении — скалился уже вампир.

Водник и темный на секунду зависли, а после в их глазах промелькнула искра понимания.

Они осторожно приблизились к своей жене и все четверо, как могли обняли ее, скрывая своими телами от внешнего мира. Они даже не заметили, как учитель этикета, крадучись выскользнул из класса.

— Милая, ты сделала нас еще счастливее — погладил по волосам Лею оракул.

— И чем же? — девушка уже успокоилась и расслабилась в руках своих мужей.

— Тем, что скоро наша семья станет больше. Как минимум на двоих маленьких человечков — Джастис легонько щелкнул ее по кончику носа и улыбнулся еще шире.

— Ты хочешь сказать….? — удивленно округлила глаза Лея.

— Да, ты беременна. И судя по ауре, там поселились двое малышей — один мой, а второй — Кайста.

Лея не могла вымолвить ни слова, пытаясь осознать эту мысль и уложить в своей голове.

— Но у меня же скоро экзамены…. — тихо и неуверенно проговорила она.

Мужчины рассмеялись.

— Придется тебе идти на них уже достаточно круглой.

Джастис подхватил девушку на руки и понес ее прочь из класса. Остальные потянулись следом с глупыми улыбками на лицах.

Когда эту новость сообщили будущему дедушке, он сразу порывался закатить бал в честь дочери, но она смогла быстро его отговорить от этой затеи. Но теперь император приходил порталом каждые выходные и с умильным выражением лица приносил подарки будущим внукам, а затем вместе с ее мужьями опутывал ее такой чрезмерной заботой, что Лее хотелось выть.