Ионосфера затрещала, когда первые корабли Конкордата атаковали силы вторжения. В голубом небе сверкнула молния. Они уничтожили все что могли, но не смогли предотвратить сброс октоподов. Как обычно, главной оборонительной силой людей были Боло.

Первый сброс октоподов. На радарном горизонте они кажутся россыпью серебра. Они садятся на поверхность в четыре целых пятьдесят шесть сотых километра, среди университетских зданий. Принимая это во внимание, я остаюсь на своей позиции с незначительной поправкой. Взрывы сверкают и гремят, активируя сначала мои фотонные сенсоры, затем гусеничные, контактирующие с поверхностью, затем атмосферные.

Бригада Динохром сильна. Наши создатели надеются на нас.

Враг уничтожается. Уровень радиации сильно возрос, гладкие каменные сферы — расплавленный и застывший от охлаждения в полете гранит — барабанят по моей броне. Большинство башен университетского комплекса уничтожено взрывами. Пламя с клубящимся над ним черным дымом закрывает горизонт.

Лазерная вспышка белого цвета для человека опасности не представляет...

Место высадки Джян накрывается сине-белой полусферой из сжигающего воздух «Хеллбора». Поднялся ветер, раздувая воющее пламя, как во время лесного пожара, как будто сотни акров горящего леса были сконцентрированы в одном-единственном акре. Пошел дождь. Испаряясь далеко вверху, не в состоянии достичь поверхности из-за сильного жара, он добавлял клочья тумана к облакам, уносящимся прочь.

Две новые высадки Джян в двух и семидесяти шести сотых километра к северу и двух и двух десятых километра к северо-востоку. По моим данным, там находятся лагеря гражданских беженцев. Враг атакует гражданских беженцев. Наш долг — защитить их. Готовность вторая. Тридцать два моих товарища из подразделений Цитадель и Гудериан немедленно переходят на статус Готовность первая и на максимальной скорости идут на соединение с TMY-919, я следую за ними. Не могу понять, почему противник так поступает. Они знают, что мы запрограммированы на защиту людей, и они понесут тяжелые потери. Полагаю, это диверсия. Радирую свои соображения в коде семь.

Теперь горят леса, неопинии взрываются крошечными химическими взрывами и вспыхивают вверх сорокафутовыми языками пламени. Мои атмосферные волновые сенсоры воспринимают крики людей. Мы не должны их подвести.

Сбой в связи с моими товарищами. Передачи от четырех, исправление, от шести, исправление, от девяти становятся все менее воспринимаемыми. Их действия противоречат приказам и имеют нулевую или же отрицательную тактическую эффективность. Но ни один из них существенно не поврежден. Я не знаю, что предположить. Двадцать один из моих товарищей неэффективен, включая TMY-919, командование переходит к RWQ-347. Эта аберрация следует за серией выходов из боя. Я выполняю приказ RWQ-347 и меняю позицию.

Увеличиваю мощность в левой гусенице, чтобы ускользнуть от рыскания AML-945, стреляю через него в единицу противника Нуль-Нуль Марк 2 октопод. Октопод взрывается от моих снарядов. Меня пытаются окружить восемь октоподов. Готовность первая. Использую «Хеллбор». Белые вспышки лазера в моих сенсорах. Движущаяся фигура, охваченная пламенем, очертаниями напоминающая человека, выбегает из горящего леса, кричит обожженными легкими, падает передо мной. Увеличиваю мощность в правой гусенице, чтобы не наехать на нее.

Вступаю в бой. «Хеллбор», цель — 24.98843 х-градусов, 13.6223 у-градусов, огонь. Аномалия в центральном процессоре адрес 5720А9ЕЕ-В86829ЕС, причина неизвестна. Аномалия в центральном процессоре, адрес 68A88DE32FF04110, переключаюсь на первый вспомогательный. Не могу понять причину аномалий аномалия в центральном процессоре адрес F00794329659669E воздействует на первый вспомогательный, коммутация на второй вспомогательный. «Хеллбор», цель 57.9112 х-градусов, 12.386 у-градусов, огонь, аномалия в центральном процессоре адрес AD987390099683DC, коммутация на третий вспомогательный. BGG-134 сообщает сообщает влияние аберрации оценка времени перед общим неэф фе\@#$\\ктивность на базе наблюдений вышедших из строя товарищей 123 секунды аномалия в центральном процессоре адрес Е679\@#$ \\FF28D9547922 коммутация на четвертый датчик боли повреждение бронеплиты корпуса 12A-F аномалия \@#5\\ в центральном процессоре адрес 98EA29B904C2090F коммутация на пятый человеческие крики аномалия коммутация на шестой аномалия седьмой аномалия восьмой аномалия в центральном процессоре адрес 348EF— аномалия в центральном процессоре добавить аномалия аномалия аномалия \@#$\\ано ано ано\@#$\\ нннннн а * н * \@#$\\* о *м* а.*****\\YV ........... \т$\\..... \т$\\..........

— Как дела, умная девочка?

— Плохо, сэр, а что?

— Ты еще спишь?

Эммет так и не решил улыбнуться, поэтому Бензи ответила прямо и честно:

— Да, сэр. А что, нельзя?

— Нельзя. — Его лицо так и не решилось на улыбку. Он, казалось, постарел на десять лет со времени несчастья на Ныотерра-G.

Бог мой, подумала она.

— Они взяли Бальзеру.

— Бальзеру... Господи, спаси и сохрани!

— Все сто девятнадцать машин... точно таким же образом. Каждую. Пленников Джянни не берут, да и вряд ли у них в языке есть такое понятие... Я говорил, помнишь, что они увидели, как все хорошо получается, и теперь будут пробовать в других местах...

Бенэи ошеломленно думала, точнее, пыталась не думать о том, что произошло в Бальзера-Сити. Подобно растущей луже крови, ее охватывало холодное оцепенение.

— Базы Бальзера больше нет, вряд ли что помешает им теперь проникнуть во внутренние системы. Ведь без Боло их не остановить, Бензи, между нами говоря... Нам нельзя подрывать боевой дух остальных...

— Только наш собственный.

— Да, только наш с тобой. Если Джянни потребуют сейчас нашей безоговорочной капитуляции, Высший Совет Конкордата должен будет серьезно поднапрячься.