— Исполнить тоже придётся, — как-то не слишком радостно произнёс демон, приподнимая портфель, будто заслоняясь им от остальных. — Но с юридической точки зрения я говорю о задолженности, которая возникла с момента достижения субъектом брачного возраста, согласно установленному законодательству данного мира с поправкой на среднестатистическую половую активность особей в браке.

— Чего? — переспросил Мелецкий.

— В браке надо активность проявлять. Половую, — дядя Женя поглядел на демона. — Или не проявлять? Что там по статистике?

— Так, стоп! — Ульяна поняла, что если сейчас начнут обсуждать статистику и половую жизнь в браке, это затянется надолго. — Долг? С меня?

Она ткнула пальцем себе в грудь.

И демон кивнул.

Снова вздохнул и робко произнёс:

— Однако поскольку данная задолженность образовалась отчасти и по моей вине, я бы предложил рассмотреть возможность заключения мирового соглашения с тем, чтобы добиться погашения задолженности в разумные сроки и без… перенапряжения.

— Чего? — в очередной раз переспросил Мелецкий. А Ульяна мысленно присоединилась к вопросу.

— Рассрочку хочет, — перевёл дядя Женя. — Чтоб не сдохнуть в процессе взыскания долга. А то, если так-то, за столько лет его прилично поднакопилось.

— Чего?!

Тон Мелецкого изменился.

— Какой, на хрен, супружеский долг… или ты замужем? Тараканова?!

Ну зачем так орать.

— Нет, — Ульяна перевела взгляд с демона на Мелецкого. — Я не замужем. Во всяком случае, не помню, чтобы выходила.

— Юридически с точки зрения локального законодательства данного мира брак заключён не был, — демон склонил голову. — Это оставляет некоторые возможности для манёвра. И при заключении мирового соглашения мы можем учесть данное обстоятельство, как ликвидирующее или частично погашающее задолженность. Спасибо.

— Что-то он не горит желанием, — заметил дядя Женя. — Долг исполнять.

— Можно, я ему в морду дам? — Мелецкий даже шагнул было к демону. — Иди ты, Василий, со своей задолженностью, знаешь, куда?

— Нет. Но мои когнитивные функции достаточно развиты, чтобы уловить скрытую агрессию, которая зачастую обретает семантическое воплощение в обсценной лексике.

Тут даже Мелецкий растерялся.

— Позволю себе заметить, что не считаю физическое насилие методом решения проблем.

— Демон-пацифист, — сказал Игорёк.

— Кроме того, спешу заверить, что не испытываю ни малейшего желания заключать брак…

— Почему? — Ульяне стало обидно.

Иррационально.

И наверное, демон что-то такое ощутил, если портфель свой поднял ещё выше.

— Извините. Я ни в коем случае не хочу задеть вашу гордость. Более того, уверен, что с точки зрения среднестатистической мужской особи вы весьма привлекательны. Во всяком случае, вы обладаете здоровым видом и развитыми выпуклостями…

И на выпуклости покосился.

А потом отвернулся и покраснел.

— Но… я не хочу жениться! Не подумайте плохо, просто… просто… я не готов общаться с кем-то настолько близко. Дело в том, что мои коммуникативные навыки… несколько… несовершенны. Кроме того, я как подумаю, что жена будет трогать… — его передёрнуло. — Мои вещи… переставлять их. Сдвигать.

— И не только вещи, — сказал Мелецкий, разом теряя запал. — Жены, они такие. Только чуть расслабишься, а они тут, то потрогать хотят, то посдвигать.

— Вот! — обрадовался демон. — Поэтому я и затягивал вопрос, но отец… он больше не желает ничего слушать. Так и заявил. Мол, отправляйся, чтоб глаза мои тебя не видели…

— Бедненький, — Ляля прижала руки к груди.

— … и не смей возвращаться без жены. У нас есть некоторые… проблемы взаимопонимания.

— И у демонов, выходит, тоже, — произнёс Мелецкий.

— Именно. Видите ли, он демон старой закалки и глубоко консервативных убеждений. А я полагаю, что все эти Легионы Ада и Твари Хаоса морально устарели. Да, на Пустошах, где низшие демоны обретаются, они ещё нужны, но уже давно никто и никого не завоёвывает! Есть ведь другие пути! Экономический, юридический… и мы должны не собирать мне армию вторжения, но обратить внимание на изменение имиджа, что…

Небо вздохнуло и выплюнуло горсть капель, заставив демона поёжиться и посмотреть на небеса с некоторою опаской.

Дождь весело затарабанил по крыше.

— Так, — Антонина Васильевна посторонилась. — Думаю, о проблемах имиджа демонов лучше поговорить в доме.

— Спасибо, — демон неловко улыбнулся. — Признаться, не ожидал… у меня имеются некоторые проблемы… с социализацией.

— Демон-пацифист с проблемами социализации, — шепнул Мелецкий на ухо. — Тараканова, тебе не кажется, что ты как-то не так на мироздание воздействуешь?