— Кто это тут у нас… Еще один дефектный образец, — из-за тяжелой двери донесся веселый голос.

— Войди сюда, и ты узнаешь, шлюха ты ебучая!!! — использовал я все ругательства на английском, которые мог.

— А я ведь действительно могу зайти, — спустя некоторую паузу, уже другим голосом произнесла «супергероиня», а я беспомощно застыл на месте, отчаянно сжимая в кулаке бесполезный скальпель.

Ярость исчезла, оставив после себя только лишь животный страх перед новой порцией боли, или смерти, от которой меня отделяла вдруг показавшаяся такой тонкой дверь.

— Хороший песик, — удовлетворенно произнесла женщина, так и не дождавшись ответа, и по коридору зазвучало цоканье каблуков. Когда Штормфронт ушла, я медленно сполз по стенке вниз. В глазах стояли непрошенные слезы.

— Тварь… — еле слышно шепнул я, плавая в океане вины и отвращения к самому себе. Кулак вновь оставил кровавую отметину на двери. Даже понимая, что в этой ситуации все что я мог — это бесполезно подохнуть, такая несправедливая, мучительная смерть человека прямо рядом с тобой… Это было просто невыносимо. Стоять здесь, и ничего не делать… Психованная сука! Простая прихоть, и человека с его мечтами и желаниями просто стерли… Сейчас я как никогда понимал Бучера, в его жажде мести. Осознавать, что будь даже дверь открыта, и у меня было любое оружие на выбор — и все равно это кончилось бы также, как и сейчас — просто невыносимо.

«А ведь я не знаю, что будет дальше!» — вдруг поразило меня осознание. Третий сезон окончился на моменте, когда этот гребаный Хоумлендер просто разрезал человека, посреди толпы.

И что блять там дальше?! Война суперов против людей, или Твердыню все-таки как-то убьют… От этой гребаной вселенной можно ожидать чего угодно. Включая то, что безопасных мест в ней просто не останется! И эта сука Штормфронт… Как приятно осознавать, что и ее прожарят до хрустящей корочки, только если я не стал той бабочкой, меняющей оригинальную историю, что вполне вероятно.

Вот и получается, что этот супермен из мира кошмаров запросто может превратить всю землю в подобие мира из метавселенной Ди-Си, где супермен стал диктатором. И куда тогда бежать?!

Или понадеяться на сценаристов, и что все будет хорошо?

— Блять! — ощутил я, как спрятанный в рукаве скальпель надрезает кожу, и с моей руки стекает струйка крови, потихоньку замедляя свой бег. — «Не хватало еще просто вскрыться… впрочем, регенерация, похоже, понемногу прокачивается…»

Я посмотрел на сбитые костяшки, которые саднили, но кровь уже также остановилась, и мне в голову вдруг пришла, наверное, глупая, но такая манящая затея.

Вмешаться в ход истории. Раньше я хотел просто сбежать куда-нибудь, и попробовать вернуться в Россию. Правда не слишком-то понятно, что представляет из себя родина здесь. В моем мире… все шло по плану, как в песне Летова. Жить можно, особенно если засунуть язык в жопу, как я сделал сейчас. Будет ли лучше здесь — хер его знает. Особенно учитывая ебучих суперов.

Единственное, что я знал точно, что эта сука Штормфронт должна сдохнуть. Как и этот недоделанный Менгеле, агент «Смитт», и прочие мудаки из Воуд, которые возомнили себя вершителями судеб. Правда один я даже себя спасти вряд ли сумею, только смерть не такая быстрая будет, спасибо Амейзеру. Возможно стоит действительно как-то сбежать, в ту же Мексику. Впрочем, пока что попробую присоединиться к компашке Бучера и проконтролировать, чтобы психованая сука получила то, что заслу…

— БАМ! — прервала поток моих мыслей впечатавшаяся в противоположную стену дверь.

— А-а-а-а!!! — в мое тело врезались тысячи фиолетовых молний, мгновенно принося непередаваемый океан боли и заставляя тело изгибаться в конвульсиях, под удовлетворённые слова недобитой нацистки. — А знаешь… я передумала!

Момента, когда Штормфронт наигралась с моей практически безжизненной тушкой, я уже не помнил. Сознание все-таки уплыло в далекие дали, не давая сойти с ума от болевого шока.

Очнувшись, и попытавшись подняться, я тут же вновь чуть не потерял сознание. Эта попытка была убийственна для собственной психики. После поджаривания зарядом в несколько тысяч вольт, я, как оказалось, временно ослеп и практически не мог двигать конечностями.

Правда о том, что зрение потерялось временно, я узнал только через несколько томительных минут, наполненных суицидальными мыслями. Бесконечная темнота и боль, окружающая меня на протяжении этих минут едва не сломила всю оставшуюся волю.

Наверное, единственным, что останавливало меня от вскрытия вен чудом сохранившимся, прилипшим к запястью скальпелем — это… даже не цель. Это смысл оставшейся херовой жизни — прикончить эту суку, причем как можно болезненней! Ну и небольшая, робкая надежда на «регенерацию», которая только через некоторое время смогла худо-бедно восстановить зрение.

Все это время меня никто не трогал. Только этот ебучий фонарщик шуршал там за приоткрытой дверью с уборкой. Ко мне тоже заглянули, но я просто отключился после того, как охранник решил меня поднять. Так что видимо полутруп решили просто оставить в покое, ожидая то ли что я окончательно загнусь, то ли что как-то восстановлюсь. Просто закрыли дверь.