— БАХ!

— Последний! — удовлетворенно произнес Солдатик, пуская в голову немного полноватой женщине патрон. — Прямо как в Хюэ…

— Нахера ты их убиваешь?! — не выдержал Бучер. — Ты неуязвимый, блять! Можешь их просто вырубить!

— Хуй там, — в третий раз произнес Солдатик, настроение которого было необычайно приподнятым. — Чтобы сойтись с врагом в рукопашке, боец должен проебать на поле боя автомат, пистолет, нож, поясной ремень, лопатку, бронежилет и каску. Так меня учили. К тому же… Уже забыл, как он твоего дружка подловил?

— Он мне не дружок, — хмуро произнес Бучер. — У нас общая цель…

— Да мне похер, — отмахнулся Солдатик. — Кстати о дружках. Пацан где?

— Сука, Хьюи… — Бучер метнулся в кусты, куда отлетел парень, но там никого не было. — Его нет, блять!

— Я уже понял… — произнес супер, поднимая щит и напряженно оглядываясь. Вдалеке раздался хлопок от перемещения… Затем еще один, и еще.

— Пиздец...

— Может и стоило чутка полегче с пиздюком... — пробормотал он, когда за холмом показался первый голый мужик с отсутствующим взглядом.

Сколько я уже тут находился… время — понятие относительное. Мне казалось, что вечность, наполненную бесконечными вопросами, на которых у меня просто не было ответов.

Оперской кабинет с толстой железной дверью был закрыт на ключ. Глухие шторы на маленьком окне плотно задвинуты. И повторяющееся раз за разом…

— Куда ты дел тело?

Опер, который держал мою голову, деловито подключал электрод к мочке уха.

— Я никого не убивал, — упрямо повторил я, тут же получив удар по лицу.

Голова дернулась в сторону, губы расползлись от боли, но я лишь сплюнул кровавый сгусток прямо ему на форму.

— Херово работаете… Оборотни, блять, в погонах… — прохрипел я, облизывая разбитую губу. — Медицинское освидетельствование всё покажет. Сами себе статью шьёте.

— Ах ты, сука… — высокий мужчина с перекошенным лицом в очередной занёс дубинку.

— Эй, хорош! Провода не порви, дебил! — возмущённо вскрикнул его напарник, возясь с автомобильным акумулятором, который достал из шкафа.

— Да, извини, — с хмурым видом ответил второй, убирая дубинку в сторону.

Но мне уже было плевать. Я жадно ловил воздух, чувствуя, как кожа на лице горит от ударов. Если в начале они осторожничали, и надетый на голову старый противогаз, удары по почкам через свернутое полотенце еще не оставляли следов, то сейчас… на что они рассчитывают. Первое процессуальное действие, и я буду настаивать на медицинской экспертизе. Надежды на нее мало, но хоть огласка… Главное, это дождаться нормального адвоката…

— Вам реально кажется, что я под пытками скажу то, чего не знаю? — угрюмо спросил я, переводя взгляд с одного лица на другое. — А если это действительно не я? Вы понимаете, что просто пытаете такого же полицейского, как и вы? Я не смогу рассказать то, чего не…

— Ты у нас всё скажешь, урод, — ухмыльнулся опер, поднося провода к клеммам. — Все рано или поздно говорят…

— Куда ты дел труп?

— Я не знаю…

— Как ты её убил?

— Я не убивал…

— Ну, сука, ты сам напросился… — зло сплюнул плюгавый, вновь поднимая дубинку. — Неси вазелин.

— Что? — в голове будто взорвалась сверхновая. — Мрази…

Гнев вскипел мгновенно, как будто внутри меня взорвалась бомба. Я рванулся так, что стул затрещал подо мной, но наручники выдерживали и не такое.

— Что, уже готов говорить? — заржал первый. — А поздно. Давай-ка приспустим штанцы…

— Пидорасы… Сука!!! — глаза затмила пелена ярости, мышцы напряглись до предела, а стул вдруг разлетелся на куски, а лицо самого говорливого удивленно вытянулось, прежде чем мой кулак встретился с его носом…

Звон стекла… боль…

БАХ!

Я очнулся от грохота, когда лампочка над головой вдруг взорвалась, осыпая комнату мелкими осколками стекла.

Резкий запах озона наполнил воздух.

Я моргнул. Взгляд уцепился за сидящего напротив доктора. Он улыбался, как ни в чём не бывало.

Сознание путалось.

Я попытался встать, но с удивлением понял, что просто не могу. Я сидел на кресле. Справа и слева от него были большие колёса. Но почему я не могу встать…