– Все верно. На это я тоже обратила внимание. Мне кажется, люди сами их спровоцировали, устроили охоту из-за радиша...

– Ну хорошо, понятно. Но диос мио, пилотов-то за что?

– Про пилотов пока не знаю...
– Наполи пристально разглядывала руины, стараясь выдержать направление строго на Реджин - единственный ориентир для возврата к атомокару.

– А мы их чем спровоцировали? Мы только вчера прилетели!

– Условно говоря, нам они пока ничего плохого не сделали. И потом... может, они злопамятные?

– Кира, что ты ищешь? Ты каждый фундамент разглядываешь, будто хочешь найти... не знаю. Что?

– Тела. Мертвых колонистов. Анжела, этот город огромен. Даже если представить, что один дом на одного поселенца - тут около тысячи домов. Где тела?

– Подруга! Десять лет прошло! Даже в пустыне тела столько не сохраняются!

– Тогда кости. Где кости, отполированные ветром и песком? Смотри!
– Кира зашла в середину трехметрового круглого фундамента.
– Что это за дом? Как здесь можно жить? Почему круглый? Из чего сделан? Нет ни бетона, ни пластика, ни железа. Нет ничего, что сопровождает быт - тарелки, бутылки, инструменты!

– За столько лет все песком занесло. Вот если покопать...

– А почему улиц нет? У них что, транспорта вообще не было? На оружие деньги есть, а на атомокар, один на всех, не насобирали? Все улицы сворачиваются в спираль и заканчиваются тупиком. Бред. Вот это что, бассейн?
– Наполи быстрым шагом обошла овальное, чуть углубленное поле с явно выделяющейся невысокой осыпавшейся изгородью.

– Кира, стой! Не шевелись!
– Кортес подскочила и упала на колени у самых ног Киры.
– Мы нашли! Смотри, это радиш! Маленький еще, не вырос!

Она огребла ямку и очистила руками от песка небольшой, размером с грушу, грязно-желтый корнеплод с длинным, прочным, уходящим вглубь корнем. Осторожно, чтоб не оторвать, положила на песок, жестом отогнала подругу в сторону и полезла в рюкзак за оборудованием, раскладывая вокруг корнеплода различные приборы.

– Понятно, не бассейн. Это огород.
– Носком ботинка Наполи выкопала рядом второй радиш. Затем третий.
– М-да. Это немного не то, что я искала.

– Корень уходит вглубь на... я не знаю, насколько, очень далеко! Даже сканер не видит! В корнеплоде много воды, он прямо тяжелый! Кожура твердая, только ножом срезать можно. Корень прочный... Очень прочный... Акх!
– Оторвав корневище, Анжела потеряла равновесие и завалилась назад. Боковым зрением Кире показалось, что где-то справа шевельнулся песок - она пристально сосредоточилась на этой области, но не увидела ничего, кроме вихрей песчаной пыли.
– Кира, что там?

– Где?

– Там, куда ты смотришь. Ты так пристально смотришь, будто что-то заметила.

– В том-то и дело, что ничего не заметила... Просто ветер. А вот что там, мне интересно!
– Она быстро пересекла два разрушенных фундамента и встала на краю огромного, метров пятьдесят в диаметре и двадцать в глубину котлована.
– Глубокий!

– А на дне вода! Смотри, вода!
– Анжелика встала рядом, отряхивая руки и укладывая аппаратуру в рюкзак. На темном дне котлована и правда поблескивала небольшая лужица воды.
– Может, озеро было? Или они так воду искали?

– Да скорее, море копали. Термобарическими зарядами. Видишь, песок на стенках котлована оплавился? А вместо моря дома свои снесли. Точно!
– Кира хлопнула себя по лбу.
– Это воронка! А вон там вторая! Все, сложилась картина! Пилоты обнаружили, что огромная стая собирается в городе первых поселенцев, и нанесли массированный удар. Разозлили ревунов, спровоцировали ответные действия против себя! Против людей!

– Про воронку я, может быть, и соглашусь.
– Рассудительно сказала Кортес, закинув рюкзак за спину.
– Но есть вопросы! Два главных. Первый - почему стая ревунов собралась именно в городе первых поселенцев? Что, другого места на всей планете не нашлось? Второй - космический перехватчик это не штурмовик, это очень высокоскоростная машина. У него все оружие внутренней компоновки, что плазма, что кинетика стреляет исключительно по курсу. На внешней подвеске только восемь ракет «Оса» и одна противокорабельная торпеда «Сатана». Заходить в атаку с орбиты на субкосмической скорости в маленькую точку на поверхности это, извини, дурдом. А торпеда, при всей ее мощности, такую воронку не оставит, даже если они все восемь в одну копилку положили.

– Лика, откуда ты все это знаешь?
– Кира удивленно посмотрела на испанку.

– В сети вычитала. Я же девочка, живущая в сети! Ну куда ты все время смотришь? Кирка, ты меня пугаешь!

– Да никуда не смотрю, эти вихри пылевые с толку сбивают. Пошли назад, хочу еще немного дальше проехать. Хоть один целый дом найти. Или кости.

Пока они выбирались назад, немного сбились с пути и наткнулись на еще одну воронку. Наполи все время не покидало чувство тревоги, она незаметно для подруги перевесила автомат на грудь и постоянно посматривала назад, но так ничего и не заметила. Наконец девушки вышли к вездеходу и с наслаждением плюхнулись в удобные кресла. Кира осторожно развернулась и потихоньку поехала вдоль границы разрушенного города. Реджин уже перевалил зенит и не спеша клонился к закату.

– Кир, времени уже много. Может, завтра сюда вернемся?

– До темноты еще четыре-пять часов, успеем.
– Наполи уже немного привыкла к дерганому управлению тяжелого атомокара и уверенно давила на вариатор.
– Лика, ты сказала, что перехватчиком нельзя атаковать цель на поверхности...

– Я не сказала, что нельзя. Я сказала, что это дурдом, а в дурдоме всякое можно. Нормальный пилот этого делать не станет.

– Твой красавчик капитан Марек сказал, что Игнас и Зденек погибли, когда хотели прикрыть базу с воздуха. Но если нормальный пилот этого делать не станет, тогда как...