— Держи — заслужил! Только что бы ты делал, если бы я не вернулась в Управление?

Гратин замер рядом с коробкой вещей Пикока в руках.

Том расплылся в ехидной улыбке:

— Я, вашсиятельность, ваши привычки уже знаю — вы никогда не позволяете себе забрать улики домой, вы всегда их привозите в Управление. Жаме сказал, что вы поехали именно за ними в Северный. Вы не могли не вернуться сюда. Я долго зарабатывал звание поставщика новостей милере, чтобы легко его потерять!

Вик улыбнулась ему:

— Иди уже, жара же страшная!

— Так ить, скоро пойдет на спад. Еще пару деньков осталось, и начнется Карнавал со своей приятной погодой.

Мальчишка убрал летты в карман, снова по-шутовски поклонился и понесся вдаль по улице.

Вик быстро, перескакивая со строчки на строчку, пробежалась глазами по газете: нер Мейси сочетался браком в храме Вечной благости с нериссой Остин. После обряда, когда новобрачные собирались уезжать из храма, некая Аликс Фостер, незамужняя девица, находящаяся на восьмой луне беременности, прокричала новобрачному вслед, чтобы он сгорел в Вечном пламени, что Мейси и не преминул сделать на глазах у всех. Он занялся пламенем в паромобиле, откуда новобрачная успела выскочить в последний момент, уцелев не иначе, как чудом. В паромобиле выгорел весь салон, но сама машина не взорвалась: Ветряной район, где и был расположен храм Вечной благости, только-только начал отстраиваться заново — храм и новое пожарное депо располагалось поблизости, как и полицейский участок, который возглавлял суперинт Эш. О судьбе Фостер в газетенке не было ни слова. Оставалось надеяться, что парни Эша не сплоховали и успели вмешаться. Разъяренная толпа непредсказуема. Эта ведьма Фостер совсем отчаянная или безголовая. Кто же проклинает на глазах у всех. Хотя лучше проклятье, чем силовой шторм — так она могла бы собрать «богатую» жатву из случайно оказавшихся рядом.

Интересно, кто из инквизиторов приедет по душу Фостер? Адер Дрейк или отец Маркус? Вроде оба пока в Аквилите. Впрочем, это неважно — Вик давно перешагнула через неприятие Эша, признавая, что он профессионал своего дела. Как суперинт и как маг высшей категории. Он был гранд-мастером, как что с ведьмой Фостер справится. Жаль, что как преступнице, ей грозит повторное запечатывание. А могла бы стать эфирницей.

Вик протянула газету заинтересовавшемуся Гратину — это дело странно перекликалось с делом Пикока, но и только. В деле Пикока эфир применен не был, в деле Мейси задействован именно он.

— Забавно, не находите? Несколько схоже с делом Пикока… — пояснил Гратин, быстро пробегаясь глазами по заметке и возвращая её Вики. Она сложила газету пополам и убрала в планшет, закрепленный на поясном ремне.

— Да нет, это не забавно. Это отвратительно на самом деле… — Вик платком вытерла испачканные в газетной краске пальцы. Она посмотрела на Гратина: — я домой сейчас. Вас подождать? Я могу вас подвезти домой.

— Нет, спасибо! — Гратин удобнее перехватил коробку с вещами Пикока, которую держал под мышкой. — Только не обижайтесь, но я лучше пешком доберусь, чем в парилке паромобиля. Это же пекло какое-то.

— Как скажете… — Вик попрощалась с Гратином и села обратно в паромобиль. В чем-то он был прав: закрытый салон на солнце быстро нагревался до невыносимых температур. Зато на паромобиле быстрее, чем на паровике.

Права она получила совсем недавно и за рулем чувствовала себя еще неуверенно несмотря на то, что натаскивали её в обучении Эван и Брок. Именно Брок, зараза такая, и сделал ей на день рождения столь дорогой подарок — паромобиль, шокировав всех, даже Эвана. Элизабет, жена суперинта Эша и подруга Вик, в тот раз чуть действительно не воплотила в жизнь свою угрозу по наказанию Брока — она вечно грозилась ему розгами. Впрочем, Брока воспитывать — только портить, улыбнулась Вики. Брок был надежным другом.

Паромобиль медленно поехал вниз по Дубовой — домой. Эван отсутствовал в Аквилите — у него были какие-то свои дела в Тальме: он все еще оставался лером с правом заседания в Верхнем парламенте. Иногда лер Фейн-старший и лер Блек, так и не вернувший приставку «старший» из-за упрямства Эша, уговаривали Эвана, лера Игнис, принять участие в заседаниях парламента. И он даже иногда с этим соглашался. Эван обещал вернуться как раз к началу Карнавала.

Из-за жары Вик снова не выспалась, чувствуя себя разбитой, но хоть головной боли сегодня не было. Утро уже было испепеляющим. Яркий солнечный свет тревожил глаза, заставляя щуриться. Только гогглы с затемненными стеклами и спасали. Дышать было нечем, воздух был душный, влажный, как перед грозой. На горизонте, над океаном показались первые облака, еще белые и нереальные. Скоро погода изменится.

Вик занималась делами из архива, когда к ней в кабинет без стука ворвался взволнованный Гратин. Он прямо с порога заявил, готовый бежать куда-то дальше — он был фанатом своего дела и на службе буквально горел, в хорошем смысле, конечно, а не как Пикок:

— А вы знаете, что расшифровали амулеты из храма Вечной благости? Доброе утро, кстати.

Бумаги на столе зашелестели под потоком сквозняка, только пресс-папье в виде шара со снегом, подаренное Эваном, помешало им взлететь.

— Доброе… — Мыслями Вики была далеко — в деле пропажи кера Робсона. Она нахмурилась, не понимая, причем тут храм Вечной благости, недавно отремонтированный после пожара в Ветряном районе, и дело Пикока, которым они вчера занимались с Гратином. Переключаться с одного расследования на другое у Вик пока не получалось — она из тех, кто привык с головой влезать в одно дело, пока не раскроет его. Только детективам-инспекторам так нельзя, на них подчас висело до десяти расследований сразу. — Причем тут храм? Ты о вчерашней ведьме?