— И, возможно, сейчас не лучшее время для этого разговора, но мы с твоей матерью решили развестись. Это обоюдное желание. Всё-таки, к сожалению, наша семейная жизнь сложилась не так, как нам бы хотелось, — произнося эти слова, Альфред уже начал писать на листе. Бегло. Даже не стараясь сделать так, чтобы почерк был более понятен.

А я застыла. Несколько раз моргнув и задержав дыхание. То есть…. всё настолько плохо?

Раньше Чарли мне говорил, что отношения отчима и мамы трещат по швам, но ведь мама сказала, что все в порядке и я себе лишнего надумываю.

Я после разговора с ней более-менее успокоилась, а сейчас чувствовала, как кончики пальцев начали неметь и сердце пропустило несколько гулких ударов.

— Вам решать, что делать с вашими отношениями, — я скосила взгляд вбок. Посмотрела на зону отдыха, которая теперь была вместо беседки. — Но… почему? Из-за чего вы решили разойтись?

— Просто у каждого из нас появились те взгляды на жизнь, в которых мы уже противоречили друг другу, — Альфред дописал разрешение и, поставив свою подпись, отдал лист мне. — Такое, к сожалению, бывает.

Я забрала разрешение и, аккуратно сложив его, положила в карман шорт. Но на самом деле, пальцы меня толком не слушались.

Я ведь была рада за маму. То, что она нашла для себя хорошего мужчину и была счастлива с ним, а сейчас, понимая, что это рассыпалось, мне было настолько не по себе, что, казалось, мир немного качнуло.

И, в тот же момент меня раздирало от злости к отчиму. Допустим, они решили разойтись, но ведь мама с ним столько лет прожила. Неужели хотя бы из уважения к этому нельзя было приехать в больницу? А вдруг я бы так и не смогла узнать про то, что с ней сейчас? Мне же об этом стало известно лишь благодаря Картеру.

Уже собираясь уходить, я посмотрела на дом и против воли вспомнила о том, что мне ранее говорил Чарли. Помимо того, что он рассказал про развод, он так же говорил о том, что отчим, Девид и Кира, оставили мою маму ни с чем. То есть, забрали у неё её часть дома.

Тогда мне это казалось особенно бредовым. Я бы скорее поверила, что наступил конец света, чем то, что Альфред решил так поступить с мамой. А сейчас.…

Нет, такого быть не может.

Но все же. Сжимая одну ладонь в кулак, я произнесла:

— Мне уже нужно возвращаться к маме, но ты же понимаешь, что, когда она очнется, вам нужно будет обсудить продажу этого дома? — я поправила кепку. Сегодня солнце светило нещадно и даже солнцезащитные очки толком не спасали. — Вы купили его уже будучи в браке и он считается совместно нажитым, но все-таки мама в него вложила денег больше, чем ты. Она ради этого свою квартиру продала. После этого работала наравне с тобой. И, раз вы уже решились на развод, надеюсь, что ты поступишь честно и, после продажи дома, отдашь маме деньги в таком же соотношении.

Не отрывая взгляда от отчима, я увидела, что он напрягся. На скулах заиграли желваки и взгляд потяжелел. Уже этого хватило для того, чтобы мои мысли еще сильнее задребезжали.

— Насчет этого… — Альфред ладонью растрепал черные волосы, слегка покрытые сединой. — Я не считаю, что сейчас время для этого разговора, но с твоей матерью мы эту тему уже закрыли. Раз такое дело, думаю, мне нужно поговорить и с тобой. Этот дом теперь принадлежит Девиду.

— В каком это смысле? — спросила на тяжелом выдохе. С полным ощущением того, что мне горло сжало.

Значит.… то, что сказал Чарли это правда?

— Примерно два месяца назад мы с Фреей переписали дом на Девида, — Альфред поправил воротник слегка мятой рубашки. — Тогда это тоже было обоюдным решением.

— То есть, ты хочешь сказать, что моя мама решила твоему сыну подарить свою часть дома? — я стиснула зубы. Злость всколыхнула. Достаточно сильно, чтобы от нее даже дыхание перекрыло.

— Не совсем так, но это уже не имеет значения, — отчим сделал шаг вбок и поправил ножку мангала, после чего поднял упавший веник и поставил его на место.

— Мне кое-что рассказывали. То, что ты уговорил маму временно переписать дом на Девида, чтобы встать в очередь на квартиру на востоке, где вы работали, — я пошла к Альфреду, сжимая ладони в кулаки до такой степени, что ногти до боли вонзились в кожу.

Отчим замер. Сейчас он стоял ко мне спиной, но я прекрасно заметила то, что его тело напряглось еще сильнее.

— Когда я услышала об этом, подумала, что это полный бред. Тем более, мне еще сказали, что после того, как мама согласилась и подписала документы, ты тут же потребовал развод, — я ладонью с хлопком ударила по каменному ограждению зоны отдыха. — Я же считала, что ты никогда так не поступишь с моей мамой. Что ты вообще по отношению к кому-либо на такое не способен, а ты, оказывается, на самом деле вот такой?