Шрифт:
– Скажем так: неудачно сложились обстоятельства.
– Хм-м… – Роуэн многозначительно кивает. – И со мной бывало.
– Тебя тоже запирали в клетке рядом с трупом, и по полу ползал вареный рис?
Роуэн опускает голову и с сомнением, нахмурив лоб, глядит на личинок.
– Нет. Такого не припомню.
– Вот и я так думаю, – бурчу я, устало выдохнув. Вытираю с ладоней пыль о грязные джинсовые шорты и на всякий случай отхожу подальше. Меня начинает бесить этот тип, который лишь оттягивает мою медленную смерть от голода. Он явно чокнутый и, судя по всему, не планирует меня выпускать.
Поэтому надо брать дело в свои руки.
– Слушай…
– О, а рис, оказывается, ползает довольно быстро, – говорит Роуэн, больше самому себе, поскольку его взгляд по-прежнему прикован к веренице крошечных белых червяков, которые бойко направляются в мою сторону. Он поднимает голову и опять насмешливо улыбается. – Давай пообедаем?
Я смотрю на него как можно равнодушнее и жестом указываю на свою окровавленную рубашку с отпечатком ботинка.
– Тебя совсем не смущает здешняя обстановка?..
– А, точно! – Он хмуро кивает и подходит к телу Бриско.
Долго шарит по его карманам. Бросает взгляд на раздувшуюся шею и, издав негромкий ликующий возглас, вытаскивает мой клинок, а затем дергает за серебряную цепочку. Та шумно лопается. Одарив меня очередной улыбкой, Роуэн выпрямляется в полный рост и демонстрирует лежащий на ладони ключ.
– Иди помойся. Я найду тебе одежду. А потом спалим эту лачугу дотла!
Отперев дверь клетки, он протягивает мне руку.
– Ну же! Устроим барбекю? Что скажешь?
Кто умеет веселиться…
Роуэн
Прядильщик, значит…
Я сижу за одним столом с Прядильщиком. Охренеть!
Точнее, с Прядильщицей. Охренительно красивой!
У девушки напротив черные волосы и огромные зеленые глаза, а еще веснушки на щеках и покрасневшем носу. Откашлявшись, она делает большой глоток пива, хмуро глядит на свой стакан и отодвигает его в сторону.
– Ты простудилась, – делаю я очевидный вывод.
Слоан настороженно смотрит на меня и обводит внимательным взглядом закусочную. Она заметно нервничает.
Не зря, учитывая обстоятельства.
– Три дня в клетке не прошли даром. Слава богу, хоть вода была… – Она достает салфетку из коробки на столе и шумно сморкается. Перехватив мой взгляд, снова отворачивается. – Спасибо, что выпустил.
Пожав плечами, я поднимаю бокал с пивом, глядя, как она внимательно следит за официанткой, которая несет заказ для других посетителей. Когда мы вошли в закусочную, Слоан сразу показала на столик в самой середине зала. Теперь я понимаю, чем он ей приглянулся. Отсюда видно и центральные двери, и служебный выход, и коридор, ведущий в кухню.
Она всегда такая дерганая или испортила нервы за несколько дней, проведенных в клетке Бриско?
Или, может, это я вызываю у нее страх?
Если так, то умная девочка.
Я неотрывно рассматриваю свою спутницу, нагло пользуясь тем, что она смотрит в сторону. Слоан перекидывает влажные волосы через плечо, и взгляд невольно сползает к ее груди – уже не в первый раз с тех пор, как она вышла из ванной Бриско в футболке с логотипом «Пинк Флойд» и без лифчика.
С торчащими сосками!
Эта мысль бьется в мозгах церковным колоколом.
Фигура у девушки гибкая и подтянутая, даже убогие тряпки, вытащенные из шкафа Альберта Бриско, сели на нее отлично. Слишком длинные штанины мешковатых джинсов она закатала до щиколоток, в шлевки на широкой талии продела импровизированный пояс из двух красных платков, а футболку завязала узлом, оголив живот с проколотым пупком, который виден мне всякий раз, когда она с измученным вздохом откидывается на спинку стула.
А под футболкой торчат соски!
Надо собраться с мыслями. Передо мной Прядильщик, черт побери. Если она заметит, что я пялюсь ей на грудь, то вырежет мне глаза и нанижет их на леску прежде, чем я успею моргнуть.
Слоан ведет плечами, отчего в мозгах еще громче начинает стучать мантра про торчащие соски. Она щупает сустав и чуть заметно кривится от боли. Поймав на себе мой взгляд, хмуро отвечает на невысказанный вопрос, продолжая массировать плечо:
– Он пнул меня ногой. Когда я падала, то ударилась о решетку.