Я невольно сжимаю под столом кулаки, чувствуя неожиданный прилив злости.

– Ублюдок!

– Ну, перед этим я воткнула нож ему в шею, так что беднягу можно понять. – Слоан опускает руку и фыркает, сморщив нос. Вид у нее чертовски милый. – Он успел запереть дверь клетки и даже посмеялся напоследок.

Подходит официантка с двумя порциями ребрышек и картошкой фри. Слоан жадно смотрит на еду. Когда перед ней ставят тарелку, она улыбается, и на щеке проступает маленькая ямочка.

Мы благодарим официантку. Та не спешит отходить, и Слоан вынуждена сказать, что нам больше ничего не требуется. Когда девушка уходит, Слоан хмыкает, и ямочка становится глубже.

– Только не говори, что такое происходит слишком часто и ты давно привык. Иначе я обижусь.

– Ты о чем?..

Слоан указывает взглядом на официантку. Я поворачиваюсь и вижу, что девушка стоит вполоборота и приветливо мне улыбается.

– Ого, и впрямь не замечаешь. Обалдеть! – Слоан качает головой и берется за исходящее паром ребрышко. – Что ж, не пугайся, красавчик. Я не ела целых три дня, желудок сам себя переварил уже не раз, так что мне не до приличий.

Я ничего не говорю, завороженный видом белых зубов, вгрызшихся в дымящееся мясо. В уголке губ выступает капля соуса, Слоан слизывает ее – и я готов сдохнуть на месте.

– Итак…

Приходится кашлянуть, чтобы голос не хрипел. Слоан вопросительно сводит брови, откусывая еще кусочек мяса.

– Значит, Дрозд? – спрашиваю я.

– М-м?

Засунув кончик ребрышка в рот, она обсасывает мясо с косточки, держа ее испачканными в соусе пальцами. Щеки втягиваются – и член немедленно упирается в ширинку.

Только представить, на что способны эти прелестные губы…

Жадно глотнув пиво, я опускаю взгляд в тарелку.

– Я про прозвище. – Надо есть, чтобы отвлечься от некоторых частей тела, настойчиво требующих внимания. – Тебе очень подходит образ черной птички. Незаметная, чуть что – упорхнула, и песня опять-таки… Ты выучила ее в детстве, да? Я слышал, как ты пела в клетке.

Слоан, на мгновение прекратив жевать, задумчиво проводит большим пальцем по нижней губе. Она впервые смотрит мне в глаза, буквально ввинчиваясь взглядом в голову.

– Дрозд – это лично для меня, – говорит она. – А для всех остальных – Прядильщик.

Глаза у нее темнеют, и всего за мгновение она превращается из сексуальной хищной красавицы с текущим носом в злобную и начисто лишенную чувств убийцу с железной волей.

Я киваю.

– Понял.

Возможно, я единственный человек на белом свете, который способен ее понять.

Слоан не сводит с меня застывшего взгляда.

– Что ты задумал, красавчик?

– В смысле?

– Давай не будем со мной играть? Ты появляешься в доме этого ублюдка, выпускаешь меня из клетки, помогаешь зачистить следы и угощаешь ребрышками. При этом я ничегошеньки о тебе не знаю. Так в чем дело? Зачем ты приходил к Бриско?

Я пожимаю плечами.

– Хотел отрубить этому ублюдку руки с ногами и насладиться криками.

– Почему именно ему, а не кому-то другому? Мы далеко от Бостона. Думаю, на тамошних улицах хватает всяких уродов, и нет нужды ехать на другой конец страны.

В воздухе сгущается тягостное молчание. Мы оба замираем, держа в руках ребрышки. Я лукаво ухмыляюсь, а у Слоан вытягивается лицо.

– Ты ЗНАЕШЬ, кто я такой.

– Ч-черт!

– Определенно знаешь. И слышала, что я люблю охотиться на родной территории. Давно от меня фанатеешь?

– Господи, заткнись!

Я хохочу. Слоан прикладывает ко лбу тыльную сторону ладони, в которой до сих пор зажата косточка.

– И что тебе понравилось больше всего? – спрашиваю я. – Тот тип, с которого я содрал кожу и распластал на носу корабля на пристани в Гриффине? Или которого подвесил на кране? Его обсуждали активнее всего.

– Ты просто чудовище! – Слоан вскидывает руки в тщетной попытке скрыть яркий румянец, окрасивший щеки. В зеленых глазах пляшут искры, хоть она и пытается принять суровый вид. – Лучше запри меня обратно в клетку.

– Слушаю и повинуюсь!

Я поворачиваюсь к бару и поднимаю руку. Официантка в тот же миг бежит в нашу сторону, расплываясь на ходу в улыбке.

– Роуэн?..

– Да? Ты сказала, что хочешь обратно к Бриско. Сейчас расплачусь, и пойдем.

– Я же пошутила, ты, псих!..

– Не волнуйся. Я мигом доставлю тебя в твою вонючую клетку. Она, скорее всего, не успела сгореть. Как думаешь, личинки хорошо прожарились? Если да, тебе будет что поклевать из пепла.

– Роуэн! – Слоан хватает меня за руку, оставляя на коже липкие отпечатки. От ее касания словно пробивает током.

Еле сдерживая смех, я вижу в зеленых глазах откровенную панику.

– Эй, Птичка, что не так?

К нашему столику подходит официантка с лучезарной улыбкой.

– Хотите заказать десерт?