Шрифт:
Берг. Никак-с нет. По некоторым соображениям военно-интимного характера мне пришлось отослать мою красавицу за границу.
Вальс. Ах, соображения? Вы уже смеете у меня соображать?
Берг. Петух, сущий петух! Другие бранят, а вот я -- люблю вас за эту отвагу. Ей-богу!
Сон. Не стоит, Вальс, бросьте... Переменим разговор...
Вальс. Я вам переменю... Отлично... Одним словом, генерал, потрудитесь немедленно известить вашу дочь, что за ней будет послан самолет. Где она?
Берг. Что это вы, голубчик, что это вы так меня пугаете: дочка моя никогда не летала и, покуда я жив, летать не будет.
Вальс. Я вас спрашиваю: где -- ваша -- дочь?
Берг. А почему, сударь, вам это приспичило?
Вальс. Она должна быть немедленно доставлена сюда... Немедленно! Кстати -- сколько ей лет?
Берг. Ей-то? Семнадцать. Да... Моей покойнице было бы теперь пятьдесят два года.
Вальс. Я жду. Живо -- где она?
Берг. Да на том свете, поди.
Вальс. Я вас спрашиваю: где ваша дочь? Я везу ее с собой на мой остров. Ну?
Берг (к Сону). Никак не пойму, чего он от меня хочет... Какой остров? Кого везти?
Вальс. Я вас спрашиваю...
Сон. Вальс, будет, перестаньте... Это нехорошо!
Вальс. Молчать, скотина! Я вас спрашиваю в последний раз, генерал: где находится ваша дочь?
Берг. А я вам сказать не намерен, грах, грах, грах.
Вальс. То есть -- как это не намерены? Я... Значит, вы ее от меня спрятали?
Берг. И еще как спрятал. Ни с какими ищейками не добудете.
Вальс. Значит, вы... вы отказываетесь ее мне доставить? Так?
Берг. Голубчик, вы, должно быть, хлопнули лишка... а если это шутка, то она в сомнительном вкусе.
Вальс. Нет, это вы шутите со мной! Признайтесь, -- а? Ну, что вам стоит признаться?.. Видите, я готов смеяться... Да -- шутите?
Берг. Нисколько. Румяную речь люблю, -- есть грех, -- но сейчас я серьезен.
Сон. Вальс, это так! это так! Что-то изменилось! Он в самом деле не шутит!
Вальс. Отлично. Ежели ваша дочь не будет здесь, в этой комнате, завтра -- вы понимаете, завтра же, -- то я приму страшные, страшнейшие меры.
Берг. Примите любые. Моей девочки вы не увидите никогда.
Вальс. О, я начну с меры несколько старомодной: вы, генерал, будете повешены, -- после длительных и весьма разнообразных пыток. Достаточно?
Берг. Честно предупреждаю, что у меня сердце неважнец, так что вряд ли программа пыток будет особенно длительной, -- грах, грах, грах.
Сон. Вальс! Генерал! Довольно, дорогой генерал, оставьте его... вы же видите...
Вальс. Я приму другие меры, и приму их сию же минуту. Или вы мне доставите эту девчонку, или вся ваша страна, город за городом, деревня за деревней, взлетит на воздух.
Берг. Видите ли, я никогда не понимал благородных дилемм трагических героев. Для меня все вопросы -- единороги. Взрывайте, голубчик.
Вальс. Я взорву весь мир... Она погибнет тоже.
Берг. Иду и на это. Вы не хотите понять, дорогуша, простую вещь, а именно, что гибель мира плюс моя гибель плюс гибель моей дочери в тысячу раз предпочтительнее, чем ее, извините за выражение, бесчестие.
Вальс. Быть по-вашему, -- я женюсь на ней.
Берг. Грах, грах, грах! Уморили, батюшка...
Вальс. А если я буду великодушен? Если я буду безмерно щедр? Генерал, я вам предлагаю миллион... два миллиона...
Берг. Ну вот, -- я же говорил, что все это шутка...
Вальс. ...один тотчас, другой по доставке... Впрочем, сами назначьте цену...
Берг. ...и притом шутка довольно хамская.
Вальс. Я больше не могу... Где она, где она, где она?
Берг. Не трудитесь искать: она так же хорошо спрятана, как ваша машина. Честь имею откланяться. (Уходит.)
Вальс. Держите его! Сон, я должен знать... Не может быть, чтобы не было способа... Сон, помогите!
Сон. Увы, игра проиграна.
Вальс. Какая игра? Что вы такое говорите?.. Вы опутываете меня дикими, смутными мыслями, которые я не хочу впускать к себе, -- ни за что... Вот увидите... завтра же я начну такой террор, такие казни...
Сон. Вальс, я вас поощрял, я поддакивал вам до сего времени, иsбо все думал: авось такой способ вам может пойти на пользу, -- но теперь я вижу...
Вальс. Молчать! Не потерплю! Этот тон запрещен в моем царстве!
Сон. Напротив, -- вижу, что он необходим...