Шрифт:
– Ну, ты, будет растабарывать, неси пива! – крикнул на нее Иоська.
– Несу, оголтелый, что орешь! – И полковница исчезла.
– Malheur! [20] Не везет… А? Каково… Нет, вы послушайте. Ставлю на шестерку куш – дана. На-пе – имею. Полкуша на-пе, очки вперед – пятерку – взял… Отгибаюсь – уменьшаю куш – бита. Иду тем же кушем, бита. Ставлю насмарку – бита… Три – и подряд! Вот не везет!..
– Проиграли, значит?
– Вдребезги… Только бы последнюю дали – и я Крез. Талию изучил, и вдруг бита… Одолжите… до первой встречи еще тот же куш…
20
Несчастье! (фр.)
– С удовольствием, желаю отыграться.
– All right! [21] Это по-барски… Mille mersi [22] . До первой встречи.
А полковница налила три стакана пива и один, фарфоровый, поднесла гостю.
– Votre sant'e, monsieur! [23]
Другой стакан взял барон, оторвавшийся на минуту от карт, и, подняв его над головой, молодецки провозгласил:
– За здоровье всех присутствующих… Уррра!..
21
Превосходно! (англ.)
22
Тысяча благодарностей (фр.).
23
Ваше здоровье, господин! (фр.)
Разбуженная баба за пустым столом широко раскрыла глаза, прислонилась к стене и затянула:
И чай пила я с сухарями,Воротилась с фонарями…Полковница вновь налила стакан из свежей бутылки.
Около банкомета завязался спор.
– Нет, вы па-азвольте… сочтите абцуги… девятка налево, – горячился барон.
– Ну, ну, не шабарши с гривенником… говорят, бита…
– Сочтите абцуги… Вот видите, налево… Гривенник имею… Иду углом… Сколько в банке?
– В банке? Два рубли еще в банке… Рви… Бита… Гони сюда.
А с гостем случилось нечто. Он все смотрел на игру, а потом опустил голову, пробормотал несколько несвязных слов и грохнулся со стула.
– Семка, будет канителиться-то, готов! – крикнул банкомету мальчишка.
– Вижу!..
Банкомет сгреб деньги в широкий карман поддевки и, заявив, что банк закрыт, порастолкал игроков и подошел к лежавшему.
Полковница светила.
Мальчишка и банкомет в один момент обшарили карманы, и на столе появилась записная книжка с пачкой кредиток, часы, кошелек с мелочью и кастет.
– Эге, барин-то с припасом, – указал Иоська на кастет.
Барон взял книжку и начал ее рассматривать.
– Ну что там написано? – спросил банкомет.
– Фамилии какие-то… Счет в редакцию «Современных известий»… постой и… Вот насчет какой-то трущобы… Так, чушь!..
– Снимайте с него коньки-то!
– Да оставьте, господа, простудится человек, будет, нажили ведь! – вдруг заговорила полковница.
– Черт с ним, еще из пустяков сгоришь… Бери на вынос! – скомандовал банкомет.
Иоська взял лежавшего за голову и вдруг в испуге отскочил. Потом он быстро подошел и пощупал его за руку, за шею и за лоб.
– А ведь не ладно… Кажись, вглухую! [24]
– Полно врать-то!
– Верно, Сема, гляди.
Банкомет засучил рукав и потрогал гостя…
– И вправду… Вот беда!
– Неловко…
– Ты что ему, целый порошок всыпала? – спросил русак полковницу.
– Не нашла порошков. Я в стакан от коробки из розовой отсыпала половину…
24
Вглухую – убит насмерть.
– Половину… Эх, проклятая! Да ведь с этого слон сдохнет!.. Убью!
Он замахнулся кулаком на отскочившую полковницу.
Ул-лажила яво спатьНа тесовую кровать! —еле слышно, уткнувшись носом в стол, тянула баба.
К банкомету подошел мальчик и что-то прошептал ему на ухо.
– Дело… беги! – ответил тот. – Иоська, берись-ка за голову, вынесем на улицу, отлежится к утру! – проговорил Семка и поднял лежавшего за ноги. Они оба понесли его на улицу.
– Не сметь никто выходить до меня! – скомандовал банкомет.
Все притихли.
На улице лил ливмя дождь. Семка и Иоська ухватили гостя под руки и потащили его к Цветному бульвару. Никому не было до этого дела.
А там, около черного отверстия, куда водопадом стремилась уличная вода, стоял мальчишка-карманник и поддерживал железную решетку, закрывающую отверстие.
На край отверстия поставили принесенного и опустили его. Раздался плеск, затем громыхнула железная решетка, и все стихло.