– Спасибо, цыпа, – с бесконечным облегчением сказал мужик – Меня, кстати, звать Френки! – весело сказал синеволосый.

– Ну и какие у тебя идеи? – отвлеченно спросила Нами, лихорадочно обдумывая варианты.

Френки хитро усмехнулся и показал пальцем вверх.

– Крыша, цыпа, – пояснил полуголый мужик – Никто и никогда не следит за крышей.

Нами молча согласилась с его идеей и открыла дверцу вагона. Ей в лицо выплеснулась струя леденящей морской воды... девушка еле слышно застонала, вспомнила голодные годы своей молодости (а так же крайне мучительные тренировки ее прекрасной юности. Которая идет прямо сейчас) и решительно полезла наверх. Френки молча полез за ней... через несколько секунд раздражающе скользкого восхождения, Нами с тихим вздохом добралась до верха крыши и схватилась за бортик. Погода была отвратительной – ветер продувал насквозь, неся с собой обильные порции морской воды. С одной стороны, находиться на крыше было сплошным мучением. С другой стороны... никто в своем уме не полезет проверять крыши в такую погоду.

Они были в безопасности.

– Что надо? – внезапно донеслось из мокрой тьмы – Что-то с пленником?

Нами тупо моргнула и медленно подняла взгляд... на крыше несущегося в шторм поезда, сидел обдуваемый всеми возможными ветрами, насквозь мокрый и очень усталый молодой парень. Именно его усталые черные глаза были первой вещью, замеченной Нами.

Второй же вещью была его внешность. А именно... черноволосый парень был ужасающе, нечеловечески красив. Если бы кто-то попросил Кошку Воровку описать идеальное человеческое лицо, она бы немедленно представила этого парня как образец совершенства. Казалось его прекрасные бледные черты сияли в полутьме несущегося в ночь поезда... челюсть Нами медленно упала, а на лице отразилось искреннее потрясение.

Парень заметил выражение лица девушки, после чего в его глазах проступило явное, безграничное отвращение.

– Женщина? Кто пустил сюда женщину? – прошипел парень – Я же тысячу раз говорил... я говорил, что докладывают мужчины! Я много раз повторял, я повторял и повторял... – начал бормотать неизвестный, начиная машинально царапать свои руки.

Нами же будто окатили чаном ледяной воды. Никто... ни один мужчина за всю ее жизнь не смотрел на прекрасную Кошку Воровку с подобным отвращением. Рыжеволосая тряхнула головой, силой приходя в себя. Где ее достоинство... ну, допустим у этого парня красивое личико и что?

Именно Нами самое прекрасное существо на земле. Она будет жить и умрет с этой искренней, истовой убежденностью. И никакой смазливый парень не изменит ее мнения... никогда!

Нами ударила себя по щеке, после чего зло рыкнула, постепенно приходя в сознание. Да как она могла подумать, что он образец красоты? Это от усталости... точно! Она так устала за этот долгий, бесконечный день... ей просто нужно отдохнуть!

– Ничего себе ты быстрая, цыпа, – пропыхтели сзади, и лихорадочно бормочущий парень мгновенно замер – Из чего твои милые ручки? Из стали? Хотя нет... это мои руки из стали, и я не так крут, – непонятно выразился Френки, окончательно поднимаясь на крышу.

Нами окончательно отошла от своего психологического потрясения и осознала одну важную вещь... этот парень говорил о пленнике. И он сидел на крыше именно этого вагона. Возможно ли, что он охранял...

– Пленник... – как-то потерянно пробормотал парень, после чего снова начал расчесывать свои кисти – Пленник сбежал?

– Охренеть! – сказал Френки, узрев парня – Ты самый красивый мужик, что я видел в жизни! Не, это опасная зона, Френки, – забормотал синеволосый – Сиськи... упругие сиськи, прыгающие сиськи, сиськи в купальнике... фух... вроде отпустило, – выдохнул мужик, после чего окинул нервного красавчика оценивающим взглядом – А ты опасный парень... – с явным опасением констатировал Френки.

Нервный Дозорный крупно вздрогнул, после чего... на его лице начало проступать явное, нескрываемое бешенство.

– Ты думаешь, что я опасен только из-за моей внешности? – вкрадчиво спросил парень.

Френки окончательно забрался на крышу и размял руки.

– Понятия не имею, парень, – просто ответил мужик – Но это лицо сильно сбивает с толку... ничего личного, просто факты, – пожал плечами синеволосый.

С лица неизвестного Дозорного полностью пропало всяческое выражение. Это выглядело откровенно пугающе... точнее могло бы выглядеть, если бы Нами присматривалась к его лицу. Неизвестный медленно встал и достал пару длинных армейских ножей. Вдалеке вспыхнула молния, освещая хищные, полные леденящей злобы глаза и буквы, написанные на левом бицепсе неизвестного парня.

На руке красавчика было выбито Z-12.

Нами тяжело сглотнула и начала медленно отходить к краю крыши.

– Мои навыки не зависят от внешних данных, – холодно сказал агент СР9 – И я тебе это продемонстрирую.

Френки повернулся к Нами и прошептал краем рта.

– Кажется я задел его чувства.

После чего что-то мелькнуло, и по неожиданно крепкой руке синеволосого проскрипело армейское лезвие.

Кошка Воровка Нами стояла на крыше несущегося в никуда поезда и наблюдала одну из самых странных битв в своей жизни. Сражение нечеловечески сильного и быстрого тренированного убийцы против... непробиваемого мужика бандитского вида.

Как ни странно, зрелище было довольно скучным.

Зет рывком приближался, наносил Френки несколько быстрых ударов, после чего мгновенно отходил назад. Нами успевала заметить весь процесс... Френки даже не пытался. Но у него была другая тактика. Как ни странно, этот синеволосый мужчина оказался довольно сообразительным парнем – еще в первые удары агента, он поднял обе руки и надежно закрыл свою шею и глаза, превращаясь в буквально непробиваемую крепость. И остался так стоять, терпеливо снося прощупывающие его защиту удары... спустя три таких нападения, на крыше возникла довольно неловкая ситуация. Нами продолжала выглядывать из-за спины неожиданно непробиваемого Френки, сам Френки плотно укоренился на земле (это они узнали, когда Зет попытался подсечь ноги бывшего пленника. Судя по легкой нахмуренности бровей парня, Френки был твердым и тяжелым как скала) и застыл в защитной стойке, а Зет молча стоял в отдалении и мучительно о чем-то размышлял. Возможно о том, как же ему захватить пленника обратно.