Примерно на этой мысли Марко захлопнул мерзкое порождение больного садистского разума и еле удержался от желания ЭТО сжечь. Он еще не все прочитал. О, далеко не все. Нужно будет попросить Ба… людей Багги сообщить ему о любой информации по авторам этого… проекта. Марко нужно кого-нибудь из них покалечить. И чем больше они будут страдать, тем лучше.

Хотя… возможно, очередь желающих будет слишком огромной, чтобы Марко мог туда втиснуться. И первым в очереди будет Ясопп.

Проклятье… как ему вообще говорить с… со своим сыном? На месте парня, Марко обходил бы авторитетные фигуры по огромной дуге и приближался бы, только чтобы эти самые фигуры пристрелить!

Марко Феникс издал новый мучительно жалобный стон и снова бухнулся головой о столешницу.

– Бр… – снова донеслось из-за двери.

– Заткнись, Герр! – крикнул Марко, – Не до тебя сейчас!

– Хорошо, братан, – покладисто согласился Герр.

И Марко Феникс был готов с головой погрузиться в меланхолию, но внезапно его прервал звонок стоящего рядом ДенДена. Мужчина очень тяжело вздохнул и начал вслепую нашариваться трубку улитки – поднимать голову со стола в ближайшее время он не собирался. Наконец, блондин нащупал трубку и снял ее с рычага.

– Марко Феникс, йой, – спокойно сказал лежащий на столе мужчина, – Что у вас за вопрос?

– Здравствуйте, – донесся изо рта улитки такой же спокойный голос – Меня зовут Джерри. И у меня есть для вас… новости, – совсем не зловеще произнес Джерри.

Сидящий у двери командира первой дивизии мужчина выглядел как плотно сложенный, бандитского вида пират средних лет. Его темные, с легкой кудрявостью волосы были собраны под темно-зеленой банданой, а на лице росла небольшая, но аккуратная борода. Мужчина весьма ей гордился. Она шла к его дворянской белой рубашке, темно-зеленым брюкам и висящей на боку шпаге.

Герру оставалось дежурить у двери Марко примерно два часа, пока его не сменит старина Карло. И лично Герр считал, что они немного перебарщивают. Конечно, старожилы рассказывали, в какой депрессии был Марко, когда узнал о смерти своей девушки. Говорили, что ему потребовалось почти полгода, чтобы начать более-менее нормально функционировать, и что он до сих пор запирается в своей каюте в день ее рождения. Возможно, узнать, что его девушку убили отчасти из-за него, а сына отправили в какой-то правительственный лагерь садистов, было не просто вскрытием раны, а варварским раздиранием этой самой раны и последующим поливанием ее кислотой. Но командир всегда был очень сильным мужиком. Герр сильно сомневался, что он бы пошел кончать с собой из-за чего-то подобного. Братан скорее приложил бы все силы, чтобы позаботиться об этом несчастном пацане, а не бросил бы его совсем одного в этом огромном мире.

Да, Герр вполне верил, что Марко мог так сильно набухаться, что чуть не утонул. Это было гораздо реалистичнее, чем попытка суицида.

А потом дверь каюты командира резко открылась, чуть не врезав Герру по лицу, и мужчина успел заметить выбегающего к краю палубы Марко. Следующие секунды прошли на чистых рефлексах. Мужчина быстро дернулся вперед, схватил братана за край рубашки и чудом удержал от падения в воду.

– Братан! – заорал Герр, – Какого #$@?!

– Мне надо туда! Мне надо туда СРОЧНО! – заорал Феникс.

– Ты охренел? – выпучил глаза пират, – У тебя же сын остался! Братан, возьми себя в руки! – приказал оскорбленный до глубины души Герр.

После чего ловкой подножкой повалил Марко на землю и взял в стальной захват. При этом шпага мужчины, выкованная из Морского Камня, прикасалась к Марко и мешала ему использовать силу Дьявольского Фрукта… что не мешало вроде как ослабевшему от Кейросеки Фруктовику биться, как быку на корриде.

– Я должен лететь! – крикнул братан, – Прямо сейчас! – отчаянно воскликнул Марко, продолжив вырываться из стальной хватки Герра.

– Мужики, – панически заорал пират, – он снова хочет себя грохнуть! Братан пытается себя убить!

И тут все обитатели корабля встрепенулись и волной хлынули наверх.

– Это не самоубийство! – заорал в ответ Марко, – Я смогу долететь! Всего девять дней полета… я командир первой дивизии! Я должен уметь совершать невозможное! – прорычал мужчина, дико вырываясь из стальной хватки.

К сожалению, к этому моменту подоспели остальные члены первой дивизии, и тут уже Марко не сдюжил. Мужчину связали специальными веревками из Кейросеки и потащили к единственному человеку, который мог отговорить их командира от суицида.

В последствии, потребовалось смущающе большое количество времени и долгая беседа с Папашей, чтобы разобраться в происходящем. А потом потребовалось еще большее количество времени, чтобы отговорить паникующего Феникса от попытки лететь в виде огненной птицы (форма которой сжигала огромную прорву энергии) в течение девяти дней, что было не прямой, но все же уверенной формой клятого суицида. К счастью, Феникса удалось более-менее успокоить, после чего Белоусы погрузились в систематическое вычисление возможного местонахождения сбежавшего ребенка многострадального Марко и отправки в эти точки отрядов для выслеживания беспокойного пацана. Благо у Белоусов было одно важное преимущество – их было много.