— Яр…

Я равнодушно смотрю на пытающуюся встать с пола Ирен, наклоняюсь и помогаю ей подняться, удивляясь насколько она легкая и уже понимая откуда взялись на её лице эти страшные шрамы. Она почти повисает на мне, утыкаясь лицом в плечо, а мое замершее от бесчувствия сердце неожиданно делает «тук». Тук-тук-тук… «Вася дурак!!! Тебя любит Оля!!» — вспоминаю я некогда увиденную в изнаночном классе надпись.

— Действительно дурак, — пробормотал я, усмехнувшись и уже спокойно поднял глаза на стоящую напротив меня драконицу. — Дурак я, Эл, дурак. Однако скажи честно, ты меня любила? Хоть немного, хоть ну вот столечко? — я почти свел вместе большой и указательный пальцы.

— Драконы любят всего раз в жизни…

Я на миг воздел глаза к высокому потолку. Ага, а рыцари всегда верны своим дамам сердца, особлево в долгих крестовых походах. По-моему, даже влюбленный по самый свой кончик хвоста Крис и тот перестал верить в эту присказку, а его Люция в ответ на мой вопрос вообще удивленно раскрыла рот, сказав, что в их роду серебрянокрылов о таком даже не слыхали — всё как у людей. Бывает, что и любовь проходит, но она надеется, что у них с Крисом будет все по-другому, они будут жить долго и счастливо и помрут в один день от рук какого-нибудь славного драконоборца. Я помнится тогда аж чаем поперхнулся, а на Криса недельная икота напала, причем мы с ним так и не поняли шутила она или нет.

— Это не ответ…

— А какой ответ ты хочешь!? — зло бросила драконица. — Ты мой и только мой — это все что тебе нужно знать.

Я хмыкнул.

— Я не вещь, Эл и уже не твой. Пошли, Ир.

Створки дверей с лязгом захлопнулись, а рядом с ними появилась пара дюжих прислужников с автоматами.

— Ты реально думал просто так уйти?

Не прокатило — вычеркиваем. Эх. Я вздохнул и в который раз уставился в потолок, словно надеясь найти там подсказку выхода из положения. Подсказки не было, зато был изображен повернутый тыльной стороной дракон, у которого была вполне себе человеческая жо…тыльная сторона. Вот же-ж, но намек понял… Не, ну почему всё так сложно? Я повернулся и, посмотрев на довольно скалящегося Властелина устало-всезнающим взглядом, бросил:

— Ну давай бухти…

— О чем? — не понял тот.

— О том, как корабли бороздят просторы Большого театра, млин. О планах своих рассказывай, вижу ведь, что зудит. Так что давай, начинай, а мы тут постоим, послушаем.

Эльфира бросила взгляд на Гейлара, лицо которого просто лучилось от распирающего его желания поделиться своими мечтаниями, молча воздела глаза в невидимое небо, но промолчала.

— Знаешь, а ведь ты прав, планы у меня просто грандиозны….

— Так, — я сделал останавливающий жест свободной рукой. — Позволь угадаю — мир хочешь захватить?

— Мелко, — отмахнулся тот обеими руками. — Да и зачем мне какой-то там мирок, что я с ним буду делать? Я говорю о многих мирах — о собственной межпространственной империи.

Так, шиза прогрессировала, ширилась, цвела буйным цветом и практически попахивала, причём сильно. Я бросил укоризненный взгляд на все еще скромно топчущихся в уголке мертвецов, но те дружно замотали черепушками, жестами уверив меня, что саваны чисты и вообще они с тетей Асей лучшие друзья, опосля чего все дружно посмотрели в сторону послушников, которые тут же принялись что-то насвистывать, уставившись на тыльную сторону потолочного дракона. И все-таки тот факт, что тут отсутствует карательная психиатрия, очень большое упущение — просто огромное, это ж сколько ненаписанных диссертаций и научных работ на тему: «Пространственный Наполеон вчера, сегодня, завтра», или вот «Влияние хомячности на манию величия». Нет, надо поговорит на эту тему с Хистофорычем и Гоймерычем, думаю эта идея их заинтересует, особенно последнего…опыты там, испытание новых растворов и опять же, он при таких пациентах переменную Бергиоза в завихрении поля Маргулиса так завернет, что там ни только поющие пони получатся… Вот только б вернуться…

— Ирен, ты как? — шепотом спросил я, прижимая девушку к себе посильнее, так чтобы её голова полностью легла на моё плечо.

— Лучше, чем кажется, — также шепотом ответила она. — Выиграй еще минут десять и смогу помочь.

— У тебя есть оружие?

— Издеваешься, и где бы я его, по-твоему, спрятала?

— Я скосил глаза на чисто символические обрывки одежды, которые прикрывали тело техномагички (раз веревка, два веревка, лоскуток, большая дырка) и, многозначительно хмыкнув, вслух добавил:

— Я знаю, ты всегда была большой выдумщицей.

— Ну не настолько же, — хихикнула она мне в плечо. — Тяни время.

Легко сказать. Хотя…

— … моя империя будет…

— Ты в этом уверен? — перебил я Властелина, не пытаясь даже вникнуть в его болтовню. — Я вот лично считаю, что любая нормальная армия раскатает твоих подручных в тонкий блин за пару дней и на этом всё закончится. Хотя может и дня хватит…

Мы дружно на секунду замолчали, прислушиваясь к уже отчетливо слышимым звукам битвы. Похоже сказочное войско уже взяло крепостные стены и готовилось к штурму самого замка. Видимо Лиур это тоже понял, потому как скривил лицо, лениво махнул рукой, и тут же откуда-то из глубин зала к распахнувшимся дверям прошествовала целая рота вооруженных автоматами прислужников.

— Извини, отвлекся, — он снова махнул рукой, на этот раз продемонстрировав зажатую меж пальцами большую золотую монету. — Кажется в вашем мире говориться про груженного золотом коня, что может открыть ворота самой мощной крепости.

— Про осла, — автоматически поправил я.

— Неважно, главное золота у меня много, ты же сам знаешь его цену в магических мирах — мусорный металл, — он коротко хохотнул, щелчком отправив монету в мою сторону. — Впрочем, я поступлю ещё умнее. Знаешь, почему я разместил свою новую базу в этом месте?